Популярные темы

Мы понимаем, что все устали от ограничений – Юрий Залыгин

Дата: 21 апреля 2021 в 14:15


Мы понимаем, что все устали от ограничений – Юрий Залыгин

До того, как прийти в сферу госслужбы, Юрий Леонидович трудился медбратом Жезказганской областной больницы и был санитарным врачом Жезказганской региональной санитарно-эпидемиологической станции. В сферу медицины, признается, привел интерес: он мечтал быть врачом с детства – другие профессии даже не рассматривал. После школы поступил в Жезказганское медучилище, затем – в Карагандинский государственный медицинский институт (ныне КМУ), где для продолжения учебы избрал санитарно-гигиенический факультет. Специалисты санитарно-эпидемиологической службы, делится Юрий Залыгин, сопровождают каждого человека, по сути, с момента рождения и до конца жизни. Цель у такой работы одна – улучшить состояние здоровья населения. 

С начала текущего года Юрий Леонидович возглавляет Департамент санитарно-эпидемиологического контроля Карагандинской области и своим главным чаянием на этом посту называет обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия. Особенно это важно сейчас, когда второй год в Казахстане продолжается пандемия COVID-19, а область на данный момент все еще в красной зоне относительно заболеваемости.

— Юрий Леонидович, сейчас отметка заболевших за сутки превышает 200 человек. Остаются ли основными причины заражения – общественные места, общественный транспорт, праздничные и выходные дни?

— На данный момент показатель заболеваемости на 100 тысяч населения – 1470,7. При этом в области 59,5% заболевших – с симптомами, 40,5% болеют бессимптомно. Больше становится тех, кто болеет именно с симптомами. Рост идет постепенный: еще недавно число зараженных за сутки не превышало 200 человек, но эта отметка уже пересечена. Ежедневный прирост заболеваемости составляет 1,04%, репродуктивное число R – 1,080 при республиканском 1,065.

Причины заражения жителей действительно остаются теми же: это места общего пользования, общественный транспорт... Но почему еще они остаются неизменными: все мы устали от пандемии, от ограничений. И когда заболеваемость спадает, а ситуация стабилизируется, большинство людей расслабляются и пренебрегают правилами, перестают носить маски в общественных местах, обрабатывать руки антисептиком. То есть, снижается сознательность. Впереди – теплое время года, жители выходят на улицу с детьми и семьями. Это влечет за собой большие контакты – в том числе с потенциально заболевшими. Кроме того, все еще продолжается рост заболеваемости COVID-19 среди школьников и детей до 14 лет и среди лиц старше 60 лет.

Перед 8 марта в области была более-менее стабильная эпидситуация. После праздника и выходных, после корпоративов – пошел рост заболевших. За этим последовали пятидневные выходные на Наурыз – и снова рост заболеваемости по истечении примерно недели. А впереди – Пасха, Курбан Айт, майские праздники. Это может, опять же, привести к определенному всплеску. Как бы банально ни звучало – если мы будем соблюдать элементарные санитарные правила, заболеваемость начнет снижаться.

И здесь действительно важно проявлять сознательность: многие носят маски как будто для кого-то – но не для себя. А смысла надевать ее на подбородок или спускать ниже носа нет: входными «воротами» для вируса как раз выступает носоглотка. Именно там обнаруживаются почти 80% возбудителей, и только 20% — в ротоглотке. Поэтому в первую очередь надо защитить органы дыхания. Многие говорят, что это не защита – но позвольте не согласиться: иначе во всем мире не приняли бы такие требования – а они одинаковы во всех странах.

Если же жители столкнутся с нарушениями – от неправильного ношения масок до проведения массовых мероприятий – об этом можно сообщать в мобильные группы, контакты которых находятся в открытом доступе на сайтах местных исполнительных органов. Можно обращаться и в Единый call-центр Senim109, который такие сведения сразу передает в Центр оперативного реагирования области, а оттуда данные поступят мобильным группам. Важно не становиться соучастником нарушений, а сопереживать: люди могут заразиться, и заразиться массово.

Кроме того, инфекция продолжает изучаться, но какие будут отдаленные последствия, что произойдет с организмом много позже – об этом еще ничего неизвестно. Это еще один повод для нас быть осторожными. Да, есть те, кто считает, что проще переболеть – но и лишний оптимизм тут ни к чему: неизвестно, как переболеешь – вдруг будет очень тяжелая форма? – и как это отразится через 3, 5, 10 лет... К сожалению, мы пока не знаем. Для этого тоже будут проводиться масштабные исследования.

— Проникли ли новые штаммы вируса – британский, южноафриканский, бразильский – в нашу область?

— Министерство здравоохранения Казахстана, начиная с марта, исследует циркуляцию штаммов КВИ в стране. Совместно с Всемирной организацией здравоохранения внедрена новая методика ПЦР-скрининга на определение штаммов. А 17 марта референс-лаборатория филиала Национального центра общественного здоровья изучила положительные лабораторные образцы болеющих коронавирусом почти из всех областей республики. По итогам этих исследований выявлена вероятность мутаций британского, южноафриканского и бразильского штаммов. Чтобы окончательно определить происхождение штамма, нужны более углубленные исследования – на уровне генома – и около месяца времени. То есть, их результаты в скором времени должны быть готовы.

Но сразу скажу: меры профилактики и подходы к лечению КВИ и при таких штаммах остаются прежними, и важно все так же соблюдать санитарные требования, плюс на помощь приходит вакцинация. В области продолжают вакцинировать российским препаратом «Спутник V», и институт имени Гамалея, который ее разработал, доказал ее эффективность против британского штамма. Буквально на прошедшей неделе появились научные статьи о том, что от южноафриканского эта вакцина тоже может защитить. Насчет бразильского штамма исследования пока ведутся. Вновь хочется обратиться к жителям региона, пригласить получить вакцину: нужно выработать коллективный иммунитет к новому вирусу – для этого надо привить около 60-70% населения. Вакцинация проводится бесплатно.

— Сейчас особенно важна коммуникация между властью и населением, властью и бизнесом. В Ваше ведомство поступает множество обращений, немало жалоб, но – многие ли учреждения, организации, объекты бизнеса выходят на связь именно с предложениями своей работы в условиях карантина?

— Выходят на связь многие, но далеко немногие предлагают конструктивные вещи – а это очень важно. В основном люди обращаются с вопросом о том, чтобы мы сняли какие-либо ограничения. Допустим, просят разрешить проведение банкетов или праздников. На это мы пойти не можем: нельзя идти вразрез с постановлением главного государственного санврача РК. Иногда предлагают решения, которые уже изложены в установленных алгоритмах. Есть случаи, когда предлагают вещи, не имеющие оснований – ни научных, ни доказанных опытом других стран – и если мы это применим у нас, оно не сработает.

— В прошлом году, когда в области грянула первая волна КВИ, было намного меньше информации о новом вирусе. Закрытие объектов и некоторых организаций и перевод их на удаленную работу – действительно ли эти меры удержали нас от повального заражения населения, если рассуждать с высоты опыта, который имеется сейчас?

— Да. В прошлом году, когда пандемия пришла в Казахстан – а это случилось в 20-х числах марта – был зарегистрирован первый случай заражения в области. Человечество впервые с этим столкнулось, с новой неизученной инфекцией – и на тот момент в других странах мира были тысячи смертей. Наше государство не стало ждать: был введен режим ЧП и карантинные ограничения. Заболеваемость держалась на стабильных цифрах. Но после 11 мая, когда сняли режим ЧП – хотя при этом режим карантина остался в силе – население приняло это так, будто уже можно возвращаться к прежней жизни. Неизбежно нужно было, насколько возможно, предотвратить массовое заражение: объекты здравоохранения могли не справиться с потоком заболевших. Менялись протоколы лечения, оценивался опыт зарубежья в борьбе с пандемией, закупалось оборудование, препараты, и когда начались локдауны – заболеваемость пошла на спад и снижалась до августа-сентября. Поэтому можно говорить о том, что ограничения свой эффект дали.

Были ведь и запреты выезжать на дачи... Сейчас подходы другие, и исходят они из наработанного опыта, в том числе других стран – а в них, кстати, тоже все по-разному: где-то еще не открыли объекты общепита, хотя у нас они работают. В каких-то странах даже в магазины за продуктами по записи ходят – у нас же супермаркеты открыты.

Когда Карагандинская область вошла в красную зону относительно КВИ – работа объектов общепита была ограничена до 20.00. Мы понимаем, что люди посещают кафе и рестораны в основном в вечернее время, но ограничили их работу не для того, чтобы повлиять на бизнес, а разобщить людей – чтобы было меньше контактов.

— Безусловно, ограничительные меры принимаются не просто так: запрет внутриобластных автобусов по выходным, ограничение работы ТРЦ, объектов культуры, бизнеса. В первую очередь цель этого – минимизировать контакты, избежать столпотворения, в ходе которого потенциально заболевшие люди могут заразить здоровых. Почему еще именно эти меры считаются эффективными?

— Здесь принцип тот же самый, что и с заведениями общепита. Впереди потепление, и после рабочей недели большое количество людей – в том числе бессимптомных носителей или те, кто находится в инкубационном периоде – могут встречаться, к примеру, в торговых домах, и снова рискует произойти заражение. Помимо этого в выходные закрыты 6 сообщений между населенными пунктами области: из Караганды не уехать в Темиртау, Сарань, Шахтинск, Абай, Шахан и Топар. Это сделано, опять же, чтобы люди не заразились COVID-19 и не «привозили» вирус к другим.

Многие критикуют работу общественного транспорта, в котором не соблюдается дистанция, но в автобусе мы не находимся несколько часов подряд: по пути следования есть остановки. Когда открываются двери, выходят одни пассажиры и заходят другие: внутри автобуса совершается аэрация воздуха – естественное проветривание. Соответственно, общая вирусная доза будет снижаться. Безусловно, это не оправдание, но если сравнить такой процесс с банкетом, где люди находятся в одном помещении более двух часов – в замкнутом пространстве – риск заражения выше.

Что касается объектов культуры – в частности, театров и кинотеатров, то и в этом случае гости находятся долго в одном помещении, несмотря на антракты и возможность выйти из зала. Как правило, в залах нет окон, их невозможно проветрить так, как проветривается тот же общественный транспорт. Поэтому такие меры и принимаются.

В случае с музеями ситуация немного другая: здесь ограничения в 20% заполняемости зала. Да, это тоже объект культуры, но в музее человек не находится так долго, плюс посетителей запускают по одному, да и сама специфика работы у этих учреждений отличается. В целом часто слышу, что мы выступаем против культуры или бизнеса – нет: мы выступаем за здоровье нашего населения.

— На днях стало известно, что объекты культуры и развлекательные заведения готовятся участвовать пилоте приложения «Ashyq», чтобы работать по ограничениям желтой зоны, когда область находится в красной. Существуют ли какие-либо дополнительные правила, которые им важно будет в таком случае соблюдать?

— По сути, приложение просто закрепит то, что такие объекты и заведения будут принимать у себя исключительно тех, кто здоров от коронавируса. Поэтому в учреждении просто будет действовать QR-код, который нужно будет отсканировать при входе. В остальном требования остаются неизменными – они изложены в алгоритмах Постановление главного госсанврача: соблюдать масочный режим, обрабатывать руки антисептиками, соблюдать социальную дистанцию.

Самим же заведениям нужно зарегистрироваться на платформе infokazakhstan.kz, подать заявку на участие в работе с приложением, подписать необходимые документы, получить QR-код и обучиться – и можно будет вновь открыться.

— Уже известно, что в пилоте приложения «Ashyq» будут участвовать и заведения общепита. Здесь действуют те же принципы?

— Да. Единственный момент – еженедельно в пилот могут вступить только 60 новых объектов, чтобы система – а она рассчитана на Казахстан в целом – выдержала загрузку данных и не дала сбой.

— Очень много обращений в редакцию ekaraganda.kz поступает по поводу тестов на коронавирус – все они похожи. Суть в том, что по направлению карагандинцы сдают тест на КВИ в государственной поликлинике, и результат приходит положительный. После этого одна из наших читательниц решила перепроверить результат и сдала тест в частной лаборатории, где он оказался отрицательным. Женщина обратилась в поликлинику с этим вопросом, но ей сообщили, что она не имела права пересдавать тест: должна была соблюдать карантин. Имеет ли право человек, который усомнился в результате теста, пересдать его в другой лаборатории, и почему результаты могут быть разными? Известно, что юридически пациент может оспорить результат своего анализа и имеет на это право.

— Очень важно понимать, что такое ПЦР. Да, это диагностический тест, но это качественный тест, а не количественный. Он отвечает лишь на один вопрос: есть ли РНК вируса внутри организма или его нет – и речь именно об РНК, о генетическом материале. Если у человека нет коронавируса в носоглотке, то ПЦР это и не покажет. Если ПЦР положительный – значит, РНК вируса есть, и человек попадает в список заболевших. А заболевшие могут быть симптомными, бессимптомными, могут находиться в начальной стадии – то есть, в инкубационном периоде, когда проявлений болезни нет, но процесс уже запускается. И при разных инфекционных заболеваниях этот период у кого-то измеряется часами, у кого-то – днями, у кого-то – месяцами. А потом может подняться температура и начаться стадия самой болезни.

Допустим, у человека взяли ПЦР-анализ 1 числа. За время, пока идет исследование его образца, частицы коронавируса опускаются в нижние отделы легких – и тогда обнаружить их в носоглотке уже нельзя. Здесь я могу предположить, что когда забор сделали первый раз – ПЦР был положительный, а второй забор произошел спустя несколько суток, когда частицы вируса либо уже ушли в легкие, либо сам забор был сделан неправильно – человеческий фактор исключать нельзя, хотя для взятия ПЦР-теста есть специальная методика, и она должна строго соблюдаться.

К сожалению, таких факторов может быть много, но я склонен доверять фактам: если геном вируса в организме есть, куда он может деться? Ведь отчего развивается пневмония – от того, что коронавирус попадает в нижние отделы легких. Там вырабатывается специальное вещество, стерилизующее эти отделы – но когда туда попадает коронавирус и выпускает свой генетический материал, клетка легкого становится вирусной и начинает размножаться. Выработка стерилизующего вещества блокируется – и защиты у организма нет, поскольку при этом присоединяется, например, пневмококк и, как следствие – развивается пневмония.

— Есть ли в данной ситуации – когда область в красной зоне – риски для повторения ограничений прошлого года, когда вводились электронные пропуска, а города области ограничивали блокпостами?

— Такой вопрос сегодня не стоит. Да и мы бы не хотели снова вводить блокпосты и электронные пропуска, поэтому не устаю просить население о соблюдении карантинных мер и мер предосторожности. Повторюсь – ситуация, в которой мы окажемся, зависит от каждого из нас, несмотря то, как Казахстан в целом прошел весь этот год – думаю, мы держимся достойно, решения принимаются взвешенные. У нас нет цели ограничить работу бизнеса просто так: на одной чаше весов экономика, на другой – здоровье населения, и здоровье перевешивает. Дополнительные и более строгие ограничения нужно будет принимать, только если ситуация совсем выйдет из-под контроля.

Вместе с тем, к сожалению, сейчас распространяется немало фейков, домыслы о 5G-вышках или чипировании тоже продолжают свое путешествие в информационном поле. Поэтому призываю верить проверенной информации: есть официальные документы, научные исследования, статьи по теме. Много есть и тех, кто примеряет конкретную ситуацию только к себе и преподносит так, будто она для всех одна. Но тут важно стараться понять не только свою сторону. Мы не можем мыслить узкими рамками: должно быть единообразие – невозможно открыть, допустим, один банкетный зал, но оставить закрытыми другие только потому, что именно этот зал соблюдает все требования. Они сейчас едины для всех.

Фото автора

По сообщению сайта EKaraganda.kz

Поделитесь новостью с друзьями