Мы спросили у экс-депутата от ЗКО в распущенном мажилисе, как он видит свое будущее.
Вот его ответ.
«Окончательного решения на сегодняшний день не принял.
Если поступит предложение и будет оказано доверие со стороны партии «Адилет», то именно этот вариант для меня является приоритетным. Мне близки идеология, ценности и программа партии. В таком случае я готов рассмотреть участие в выборах в Курултай.
Если же такого предложения не будет, без дела точно не останусь. У меня есть пожизненная лицензия адвоката. Адвокатура — это действительно мое призвание и моя стихия.
Кроме того, как докторант кафедры уголовного права ЕНУ, планирую сосредоточиться на завершении и защите докторской диссертации.
Поэтому сегодня я открыт для разных вариантов, но окончательное решение будет зависеть от того, какие возможности и предложения появятся в ближайшее время».
На вопрос, был ли он членом партии «Аманат», Абзал Куспан ответил:
«И да, и нет. Только начали меня оформлять, партия решила присоединиться к «Адилет». Так что я даже не успел ознакомиться с программными документами.
— Вас не смущают обстоятельства того, как администрация президента обошлась с «Аманатом»?
— Не имею опыта работы в партии. Если бы я состоял в партии хотя бы год, то, наверное, были бы какие-то неприятные чувства.
— В «Адилете» вас хотят видеть в своих рядах?
— Надеюсь, очень надеюсь. Но пока утвердительно не могу сказать.
— Ваши представления о системе власти в стране сильно изменились за время депутатства в мажилисе? Как вы сами изменились за это время?
— Когда переходишь из числа критикующих в число тех, кто принимает решения, неизбежно меняется взгляд на систему государственной власти. Со мной произошло то же самое.
Раньше мне было проще: если что-то не устраивало — критиковал и шел дальше. Но депутатская работа показала, что критиковать значительно легче, чем находить решения с учетом множества правовых, финансовых и организационных факторов.
За время работы в Мажилисе я стал больше ориентироваться не на саму критику, а на поиск реальных механизмов решения проблем.
При этом я еще больше убедился, насколько важна обратная связь с обществом. Поэтому стараюсь внимательно прислушиваться к критике — зачастую именно она помогает увидеть то, что требует законодательных изменений или иных решений.
Что касается оценки деятельности действующей системы власти, то пока предпочту воздержаться от категоричных выводов. Считаю, что сейчас для меня важнее не давать оценки, а максимально эффективно использовать имеющиеся возможности для решения конкретных вопросов и выполнения тех обязательств, которые я взял на себя перед гражданами.
— Абзал, я ярко помню день в январе 2022 года, когда я и моя коллега удерживали полицейских снаружи офиса редакции — ради того, чтобы вы сказали на видеокамеру свое заявление, важное для вас. Я выполняла свой профессиональный долг журналиста. Я лично реализовывала в тот момент статью Конституции о праве граждан на свободу слова. Но вы ни разу, будучи депутатом, не проявили свою позицию в защиту этого права, журналистов и СМИ. Какова ваша позиция в отношении статьи 274 УК? И как вы относитесь к уголовным процессам над рядом главных редакторов СМИ и журналистами?
— Вопрос свободы слова для меня не является абстрактной темой. В парламенте аккредитовано около 70 журналистов, и практически каждую среду, в день пленарных заседаний, они задают нам самые острые вопросы. Я всегда был открыт для общения, никогда не уклонялся от комментариев и неоднократно публично высказывал свою позицию, в том числе по статье 274 Уголовного кодекса. Кроме того, ко мне регулярно поступали обращения от представителей журналистского сообщества, и многие из них становились предметом обсуждения в моей работе.
Как юрист, специализирующийся на уголовном праве, я исхожу из того, что вопрос декриминализации той или иной статьи не должен решаться исходя из того, кто является субъектом. Закон должен быть единым для всех. Если мы начинаем исключать из уголовной ответственности отдельные профессиональные группы, это уже вопрос социального неравенства перед законом.
На мой взгляд, основная проблема статьи 274 заключается не в ее существовании, а в правоприменительной практике. Одно дело — наличие нормы, которая защищает общество от умышленного распространения заведомо ложной информации, способной причинить существенный вред. Совсем другое — когда эта норма применяется чрезмерно широко либо используется в ситуациях, где уголовно-правовой реакции быть не должно.
Поэтому моя позиция остается последовательной: я не поддерживаю декриминализацию статьи 274.
Вместе с тем я считаю необходимым совершенствовать ее применение, исключать возможность произвольного толкования и добиваться того, чтобы уголовное преследование действительно применялось только в тех случаях, для которых эта норма и была создана, а не становилось инструментом давления на журналистов или ограничения свободы слова».
Вопросы задавала Тамара Еслямова.
По сообщению сайта Уральская Неделя