Популярные темы

«Пришел, напугал до истерики». Первая жалоба на журналиста после декриминализации клеветы

Дата: 31 октября 2020 в 00:23


«Пришел, напугал до истерики». Первая жалоба на журналиста после декриминализации клеветы

В 5 часов вечера 29 октября, рассказывает журналист портала inbusiness.kz Жанар Асылханова, в дверь ее квартиры в Усть-Каменогорске позвонил участковый инспектор с требованием подписать административный протокол.

– Это было внезапно – без звонка, без предупреждения адвоката. Я его запустила, как добропорядочный человек, чтобы поинтересоваться, что он хочет. Он сел и говорит, что протокол на меня пришел составлять. А у меня же адвоката рядом нет. Я ему это объясняю, а он говорит, что адвокат отказался приехать. Адвокат опровергает эти слова.

Подписывать протокол, в котором, по ее словам, в частности, говорилось: «В услугах защитника не нуждаюсь», Жанар Асылханова отказалась и не впустила в квартиру ни второго полицейского, ни понятых.

Адвокат журналистки считает, что имело место «грубейшее нарушение» прав ее подзащитной.

— Согласно статье 14 [Конституции], она имеет право на квалифицированную юридическую помощь. Она не отказывается от защиты, она четко говорит, что ей нужен адвокат, — заявила юрист Лилия Сафина.

Комментария от департамента полиции области о действиях участкового, несмотря на запрос, Азаттыку получить не удалось.

С ЧЕГО ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ?

17 сентября 2020 года на портале Inbusiness.kz была опубликована статья Жанар Асылхановой о закупке отделом жилищно-коммунального хозяйства Усть-Каменогорска светодиодных дорожных знаков. Тендер без конкурса – «из одного источника путем прямого заключения договор» — выиграла фирма «Восток-АвтоПром», принадлежащая депутатам областного маслихата Юлии Мироновой и Станиславу Каримову. Последний также является председателем специальной мониторинговой группы по Восточно-Казахстанской области (ВКО) при антикоррупционном агентстве.

Покупка акимата вызвала бурную дискуссию среди жителей города. Во-первых, отдел ЖКХ направил на 60 знаков 30 миллионов тенге или по полмиллиона тенге за знак. Во-вторых, как выяснилось, конструкцию, состоящую из дорожного знака, дизайнерской стойки и желтого металлического треугольника компания запатентовала незадолго до тендера, что, посчитали многие, дало ей преимущество.

Все эти факты вызвали недоумение среди общественников.

— Как так получилось, что в период кризиса ЖКХ выкидывает на ветер баснословные деньги? Аргументации острой необходимости установки этих знаков не последовало — это данные из открытых источников. А людей, которые нецелесообразно истратили народные деньги, не журналисты опозорили, а они сами себя, пойдя на сомнительную, с моей точки зрения, сделку. Кстати, нарушения по тендеру были выявлены комиссией, — заявила Азаттыку журналист Индира Какимова.

Людей, которые нецелесообразно истратили народные деньги, не журналисты опозорили, а они сами себя.

Какимова делала сюжет на тему закупа, после чего в редакцию телеканала, на котором она работает, поступила претензия от Мироновой и Каримова.

После того, как тему осветили в СМИ, закуп действительно исследовала антикоррупционная комиссия, которая пришла к выводу, что деньги были потрачены неэффективно, и рекомендовала депутатам вернуть средства в бюджет.

Недовольство депутата Мироновой публикацией Асылхановой вышло за пределы претензии. В своем материале на интернет-портале журналист допустила ошибку: во фразе «двухсторонний светодиодный дорожный знак со светоотражающей рамкой на нерегулируемых пешеходных переходах на 20-и местах (2 пары)» отсутствовала часть «на 20-ти местах» (имелись в виду пешеходные переходы – Ред.)

Изменения в материал были позднее внесены.

— В редакцию и мне лично никто не звонил, досудебных претензий не было. Мы сами исправили, а после еще и сделали отдельный материал, где указали, что была допущена техническая ошибка, — говорит Жанар Асылханова.

Эти действия депутата Юлию Миронову, которая подчеркивает, что принадлежащее ей ТОО противозаконных действий не совершало, не устроили. Она написала заявление в полицию по статье 73 «Клевета» административного кодекса.

— На inbusiness.kz вышла статья, где была опубликована недостоверная информация, а именно, что моим ТОО в 2019 году было поставлено два знака за 17,7 миллионов тенге, на основании которой с ссылкой на первоисточник вышло несколько материалов в республиканских СМИ, а также в социальных сетях. Далее, через несколько дней, статья была изменена, но каких-либо извинений мне [принесено] не было, та же в других СМИ не было исправлений, — говорит депутат. — Из-за этой, как нам говорят, «ошибки» на меня обрушилось очень много грязи и негатива. С нашей стороны мы Редакции предложили мировую, но они отказались. Нам не нужна кровь, мы не хотим наказать журналиста, мы за цивилизованное решение. К чему мы на данный момент и призываем.

КЛЕВЕТА, ТЕПЕРЬ КАК АДМИНИСТРАТИВНОЕ НАРУШЕНИЕ

Асылханова говорит, что ее удивляет миролюбивый тон депутата, поскольку заявлению не предшествовало никаких переговоров, а забрать его Миронова была согласна только в случае удовлетворения требований.

Журналист и ее адвокат настаивают, что не считают необходимыми письменные извинения, которых требует автор заявления.

— Я не заметила там клеветы в сторону Мироновой. Да, она является директором и депутатом, но там не написано, что Миронова присвоила себе деньги. Там этого нет. Статья посвящена юридическим лицам. Тем более, ТОО является исполнителем – им сколько дали, столько они и потратили. Фактически их это не касается. Это касается тех, кто выделил деньги, — говорит адвокат Лилия Сафина. — Нет еще одной составляющей – субъективной. Должен быть прямой умысел. Журналист должен целенаправленно на унижение чести публиковать недостоверные сведения.

Адвокат подчеркивает, что ошибка была технической и цели оскорбить кого-либо журналист не преследовала. 30 октября юрист подала ходатайство о проведении лингвистической экспертизы.

Президент Международного фонда защиты свободы слова «Адил соз» Тамара Калеева говорит, что это дело – первое после декриминализации клеветы в июне этого года, когда это правонарушение было переведено из уголовного в административный кодекс. По словам правозащитницы, ситуация, в которой оказалась Жанар Асылханова, подтверждает негативные прогнозы, которые делал фонд.

— Сейчас с этими изменениями расследование дел по клевете начинают участковые инспекторы полиции. Мы с вами знаем, что такого рода дела очень сложны и требуют специальных знаний. Этими знаниями полицейские не обладают. Дело в отношении Жанар Асылхановой показывает, что идет полное незнание критериев клеветы. Полицейские просто психологически истязают журналиста.

Тамара Калеева говорит, что прежде, чем заниматься такими делами, участковые должны четко усвоить главный признак клеветы – заведомо ложные сведения. Сообщающий их человек должен отдавать себе полный отчет, что данные не соответствуют действительности.

— А зачем участковому полицейскому в это углубляться? У него сегодня семейный скандал, завтра дебоширы, послезавтра еще что-то. И никто их не собирается обучать. Он пришел с протоколом, с понятыми, напугал журналистку до истерики и ему все нипочем.

По словам Калеевой, защитники прав журналистов настаивали на переносе клеветы в гражданский кодекс. Уголовной и административной областью занимается генеральная прокуратура, а гражданской – Верховный суд, говорит она. В административном производстве всегда участвует государство, идет преследование от имени государства, то в гражданских спорах две стороны пытаются убедить судью в своей правоте, представив аргументы, рассказывает Калеева.

— Генеральная прокуратура насмерть стояла за то, чтобы сохранить клевету в уголовном кодексе. У нас есть множество доказательств, их переписка и аргументация. И когда президент принимал политическое решение, он советовался с генеральной прокуратурой – куда перенести клевету, — отмечает Калеева. — В результате наши журналисты страдают, общаясь с участковыми полицейскими, а не с квалифицированными судьями.

Обвинения в «клевете» и «оскорблениях», считают правозащитники, являются одним из наиболее часто используемых механизмов для борьбы с неугодными материалами. По данным фонда «Адил соз», только в 2019 году против сотрудников СМИ такие обвинения выдвигали 26 раз. За 10-летний период к уголовной ответственности по статье «Клевета» в стране привлекли 88 журналистов.

P.S. Когда материал готовился к публикации, стало известно, что между Жанар Асылхановой и Юлией Мироновой было заключено медиативное соглашение. Его подробности стороны не разглашают.

Поделитесь новостью с друзьями