Популярные темы

Политический календарь

Дата: 02 июня 2020 в 10:23


Политический календарь

Данияр Ашимбаев

На нынешний год, как уже говорилось, выпадает несколько больших кампаний.
Первая компания — выборы в Сенат. В этом году истекают полномочия 17 сенаторов, избранных 1 октября 2014 года (плюс последующие довыборы). Среди них председатель Комитета по финансам и бюджету Ольга Перепечина, председатель Комитета по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству Серик Джаксыбеков, председатель Комитета по аграрным вопросам, природопользованию и развитию сельских территорий Али Бектаев. Полномочия этой группы сенаторов были утверждены ЦИК 15 октября 2014 года. Следовательно, согласно закону о выборах должны быть назначены президентом не позднее 15 июня и проведены не позднее 15 августа. Особой конкуренции на выборах ждать вроде не приходится, но серьезные обновления неизбежны: некоторые достигли пенсионного возраста, а в ряде регионов сменились руководители, которые имеют своих кандидатов.
Вторая кампания — перепись населения, которая в соответствием с постановлением правительства от 19 июня 2019 года №419 должна пройти с 1 по 30 октября.
Третья кампания — выборы в Мажилис 7-го созыва и маслихаты. Последние выборы состоялись 20 и 21 марта 2016 года (всенародные плюс АНК). 24 марта 2016 года полномочия депутатов были утверждены ЦИК. Выборы должны быть назначены «не менее чем за пять месяцев (20 октября) и проводятся не позднее чем за два месяца до окончания срока полномочий (20 января) депутатов Мажилиса». Технически нижнюю палаты и маслихаты можно распустить раньше и соответственно сдвинуть дату выборов на лето или осень, но смысла в этом пока особо нет.
Возникает серьезный вопрос с конфигурацией партийного пространства. Число зарегистрированных партий на данный момент то же, что и 4 года назад, — «Нұр Отан», ДПК «Ак Жол», НДПП «Ауыл», КНПК, ОСДП, «Бірлік». В 2016 году партии получили на выборах: «Нұр Отан» — 82,2%, КНПК — 7,14%, «Ак Жол» — 7,18%, «Бірлік» — 0,29%, ОСДП — 1,18%, «Ауыл» — 2,01%. За это время лидер «Нур Отана» перестал быть президентом, ОСДП сменила 3 руководителей, а на президентских выборах 9 июня 2019 года кандидаты партий получили следующие проценты: Ахметбеков (КНПК) — 1,82%, Еспаева («Ак Жол») — 5,05%, Рахимбеков («Ауыл») — 3,04%, Токаев («Нур Отан») — 70,96%. Косанова, который по факту шел в качестве графы «против всех», учитывать сейчас не будем.
Можно предположить, что «Нур Отан» хочет получить не ниже результатов президентских выборов (70%). «Ак Жол» и КНПК как достаточно раскрученные бренды будут претендовать на 2-3 места (7-10%) в зависимости от того, насколько в их кампании будет вмешиваться политическое руководство. ОСДП попытается разыграть карту Косанова и отжать 15-20% протестного электората, но поскольку она этим безуспешно занимается уже несколько лет, шансы невелики. «Ауылом» давно пытаются заменить КНПК, но партия настолько рыхлая, что никем не воспринимается. «Бірлік» — наследник партий, которые всегда занимали последние места, но на него в последние годы часто возлагают надежды как на перспективный — при желании — проект. Есть мнение, что, мол, Токаеву «Нур Отан» не нужен, но это было бы слишком упрощенное восприятие. «Нур Отан» в определенной мере это символ и его показатели на выборах — это и оценка населением действующего президента. Президенту нужно большинство (не факт, что конституционное) и другой партии у него нет. Создавать новую — это разрыв с Елбасы, который никому в принципе не нужен. Кроме того, на уровне регионов вертикали первого и второго президентов на данный момент персонифицированы в одних и тех же фигурах. Токаев в определенной степени дистанцировался от «Нур Отана», но партия тянула на себе прошлогодние президентские выборы и у нее есть, скажем так, неоплаченные векселя.
Не стоит забывать, что новый Мажилис будет утверждать и новое правительство, которое должно быть сформировано после выборов. Елбасы поручил разработать программу партии нынешнему премьеру Аскару Мамину, а контролировать исполнение предыдущей — спикеру Мажилиса Нурлану Нигматулину, что на данный момент говорит о том, что их замена после выборов лидером партии не планируется. Президенту в этой конфигурации нужно выстроить свою линию и либо совместить свою стратегию с партийной, либо — предложить альтернативу. Технически либерализация партийного законодательства могла бы дать толчок появлению новых партий, но озвученный на данный момент перечень проектов особого впечатления не производит: серьезных кадровых, организационных, финансовых и медийных ресурсов за ними нет. Складывается впечатление, что некоторые кандидаты на роль системной оппозиции больше рассчитывают, что им будут переданы в «аутсорсинг» «Бірлік» или «Ауыл» и закреплена «демократическая» квота в 10-15% электората. Здесь возникает определенная ловушка, заложенная реформой партийного законодательства. Если после вступления в силу нового закона не возникнет новых партий, достигших регистрационного порога, то сам пакет политических реформ будет восприниматься в качестве профанации. Власти придется в этой ситуации оказать поддержку 1-2 проектам, чтобы обеспечить выполнение собственных инициатив. Добавим то обстоятельство, что «Нур Отан» фактически завис в политическом пространстве и в значительной степени лишился как аппаратной, так и электоральной поддержки. На данный момент партия предложила инициативу праймериз, которая, в принципе, сводится к поиску популярных кандидатов в депутаты, которые сами по себе могли бы поднять рейтинг партии. Такие кандидаты в свою очередь взвешивают репутационные риски и нежелание становится безмандатными «паровозами» для партийного аппарата. К тому же есть риск, что Мажилис, избранный по прежней трехпартийной схеме, вообще перестанет восприниматься в качестве именно представительного органа.
Карантин усугубил социальную проблематику и вызвал множество вопросов к проводимому курсу, прежде всего экономическому, но адекватного ответа на них не никто получил. И здесь партийный и электоральный процесс становится второстепенным. От государства требуется четкая и развернутая программа действий, сочетающая в себе и патернализм — для малоимущих и безработных избирателей, и либерализм — для бизнеса и того, что можно считать средним классом. Дискуссии о шкале налогообложения или о бесплатном высшем образовании только для бедных четко показала, что однозначный социальный популизм плохо воспринимается значительной частью общества, причем именно той, где у президента пока наибольшая поддержка. Сейчас ему эту поддержку нужно, как представляется, закрепить пакетом системных реформ в сфере экономического развития и государственного управления, избавиться от наиболее одиозных фигур в структуре исполнительной власти, а в политическом плане — больше опереться на нынешние парламентские партии, обозначив таким образом сразу три направления обновленного курса.

Тэги новости: Аскар Мамин
Поделитесь новостью с друзьями