Новости в социальных сетях

Подпишитесь на нашу группу и читайте анонсы самых интересных новостей в любимой соцальной сети

ВКонтакте Одноклассники Facebook Twitter

«Мы все в дерьме»: как ЕС спасал евро. Фильм второй

Дата: 16 апреля 2019 в 23:27 Категория: Новости культуры

\"Мы все в дерьме\": как ЕС спасал евро. Фильм второй

Греция сама по себе не играла бы такой большой роли в кризисе еврозоны, если бы она не была частью одного из самых амбициозных проектов Европейского союза — единой валюты.

Вторая серия документального фильма «Европа изнутри: десять лет разногласий — Ва-банк!» посвящена финансовому кризису Греции, и тому, как маленькая страна с населением в девять миллионов человек чуть было не обрушила экономику Европы, а заодно и экономику Запада.

Греческая финансовая сага продолжалась более пяти лет. Все началось с того, что в 2010 году она оказалась на грани банкротства.

Объективно это целиком и полностью было виной правительства страны, которое на протяжении многих лет тратило больше, чем могло себе позволить, одновременно скрывая правду от своих соратников по европейскому финансовому клубу.

В конце концов, премьер-министр Георгиос Папандреу понял, что стране грозит банкротство: банки отказались ссужать Греции деньги.

Папандреу пришлось обратиться к народу с обращением, в котором он сказал, что выхода нет, придется прибегнуть к помощи европейских партнеров.

Европейским партнерам это не понравилось. Греческий премьер поставил их перед свершившимся фактом, вместо того, чтобы предварительно посоветоваться. У Папандреу же были свои соображения: он опасался, что канцлер Германии Ангела Меркель скажет «нет».

Объективно у нее не было другого выхода: никто в Германии, ни налогоплательщики, ни банкиры, ни политики не хотели спасать Грецию. В дело вмешался тогдашний председатель Еврокомиссии Жозе-Мануэль Баррозу, который по его собственным словам, сказал Меркель: «Ангела, ты спасаешь, не Грецию, ты спасаешь евро».

Это подействовало, и Греция получила заем в 110 млрд евро. Но в ответ ее правительство было вынуждено ввести жесткие меры экономии.

Не успели рынки немного успокоиться, как неизвестно откуда возник слух, что теперь и Испании срочно понадобилось экстренное финансовое вливание, чтобы спасти и ее экономику от коллапса. На тот момент это не было правдой, но рынки отреагировали немедленным падением курса евро.

Лидеры еврозоны собрались на внеочередной саммит в Брюсселе 7 мая 2010 года, потому что на кону стояла судьба единой валюты. Дело было в пятницу, и все следовало решить до открытия финансовых бирж в понедельник.

Тогдашний президент Франции Николя Саркози был абсолютно уверен, что банки должны внести свою лепту, однако президент Центрального европейского банка, которым в это время по иронии судьбы был тоже француз, Жан-Клод Трише, категорически отказался: «Вы, политики, спровоцировали эту проблему, — сказал он, — вы ее и расхлебывайте».

В результате было решено срочно собрать всех министров финансов ЕС, включая и тех стран, которые в еврозону не входили. Это, кстати, поставило Британию в крайне интересное положение.

В Британии только что прошли всеобщие выборы, в результате которых правительство лейбористов Гордона Брауна потеряло большинство, и лидер консерваторов Дэвид Кэмерон как раз пытался создать коалиционное правительство с либеральными демократами.

Новый кабинет еще не был назначен, тогда как старый уже фактически не действовал, хотя формально оставался у власти. В результате в Брюссель отправился уходящий министр финансов Алистер Дарлинг, который во-первых, не собирался спасать евро, а во-вторых, несколько раз сказал своим европейским коллегам, что любое его решение не будет иметь значения, поскольку с ним может не согласиться его преемник.

Ситуация дополнительно осложнилась тем, что Вольфганг Шойбле, министр финансов Германии, был болен, и Ангела Меркель срочно отправила в Брюссель другого члена кабинета, потому что без Германии решить вопрос о спасении евро было невозможно.

В ожидании коллеги из Германии, другие министры финансов пытались добиться у Алистера Дарлинга согласия на финансовую помощь. По его словам, в результате этих попыток в проект итогового документа как-то прокрался параграф о том, что Британия тоже финансово подопрет Грецию.

Одновременно в США тоже царило беспокойство. Коллапс евро стал бы огромным ударом по мировой экономике.

Тимоти Гайтнер, министр финансов в правительстве Обамы, позвонил в Брюссель и поинтересовался, как там собираются спасать евро.

Услышав ответ, что Европа намерена создать резервный фонд в 60 млрд евро, Гайтнер пришел в ужас. Для того, чтобы избежать паники, считал он, финансовый «файервол» должен быть, как минимум, в 10 раз больше.

Главная проблема заключалась в том, что Меркель отказывалась брать на Германию всю финансовую ответственность за резервный фонд. А без ее согласия ничего бы не получилось.

Всего за 15 минут до открытия рынков был найден компромисс: каждая страна гарантировала свой вклад. Коллапс евро был приостановлен.

ЕС создал гигантский фонд в 750 млрд евро для того, чтобы мир не сомневался: у Европы хватит евро на всех и она этот проект не оставит.

Однако даже такой гигантский финансовый фонд в почти триллион американских долларов не стал панацеей.

Ангела Меркель настаивала на том, чтобы банкиры вносили свою посильную лепту в решение финансовых кризисов. К 2011 году за финансовой помощью обратились Португалия и Ирландия, Италия тоже была не в лучшей финансовой форме.

Европейский финансовый проект требовал серьезного переосмысления.

К осени 2011 года Греция снова осталась без денег. ЕС помог, но грекам пришлось еще больше затянуть и без того тугие пояса.

Греки устроили демонстрации, и премьер Папандреу решил вынести на референдум вопрос о том, согласны ли его сограждане с еще более коротким финансовым поводком и с еще более жестким ошейником.

С этой новостью он и отправился в Канны на саммит G20. Ничем хорошим он для него не закончился. Николя Саркози не пытался подсластить пилюлю:

«Если вы, греки, хотите проводить референдум по поводу того, остаетесь ли вы в евро, или нет, то это ваше право, как суверенной нации. Но если вы, девять миллионов человек, пытаетесь как-то изменить план вашего же спасения, разработанный всеми остальными европейскими гражданами, то этого права у вас нет».

Папандреу вернулся в Грецию с опущенной головой, отменил референдум и тут же подал в отставку.

Проблема же была в том, что европейские лидеры отказывались подключать к решению проблем свои центральные банки, а резервный фонд был уже изрядно опустошен Португалией и Ирландией, примерно туда же шли и Испания с Италией.

Выход был один: ввести гораздо более жесткий контроль над правительствами тех стран еврозоны, которые не могли, не хотели, либо же просто боялись вводить жесткие меры экономии.

И к лету следующего года эти меры были согласованы и приняты.

Поворотным моментом в этом процессе стало выступление президента Европейского Центробанка Марио Драги. Он прибыл в Лондон во время Олимпиады, поскольку британское правительство решило совместить приятное с полезным и организовать конференцию инвесторов, и сказал: «В рамках нашего мандата мы сделаем все, абсолютно все, что возможно, чтобы спасти евро. И, поверьте мне, этого будет вполне достаточно».

И евро был спасен.

Евро был спасен, но за немалую цену. Следующие два года прошли на фоне многочисленных демонстраций в разных странах ЕС, граждане которых возражали против диктаторских мер, введенных Брюсселем.

Политики, возможно, думали, что делают нужное и важное дело, но их собственные избиратели решили иначе. 2014 год стал годом больших успехов популистских партий, как правого, так и левого толка, на выборах в Европарламент. Политическое спокойствие прошлых десятилетий было необратимо разрушено.

Греция и тут оказалась впереди Европы всей, и в 2015 году к власти в стране пришла первая популистская партия «Сириза». Премьером стал Алексис Ципрас, обещавший электорату покончить с жесткими условиями финансовой помощи.

Новый министр финансов Греции, профессор экономики и марксист Янис Варуфакис почти сразу же отправился в Брюссель на встречу министров стран евро, чтобы получить новые условия для очередного финансового транша.

Почему-то Варуфакис был уверен, что, если он только объяснит своим коллегам, какую роль Греция играла в становлении европейской демократии, то они с готовностью согласятся с его требованиями.

Почему-то никто не предупредил пламенного грека, что не следует начинать переговоры с того, что говорить своим коллегам, что они идиоты.

Вслед за этой встречей последовали долгие переговоры уже с Ципрасом, который на первый взгляд, вроде бы, соглашался с тем, что придется выполнять условия ЕС.

Но в последний момент, когда европейцы были почти уверены, что сделка практически готова, Ципрас встал, сказал, что должен посоветоваться со своими людьми, и улетел обратно в Грецию.

И уже оттуда он сообщил Ангеле Меркель и новому президенту Франции Франсуа Олланду, что намерен провести референдум о том, надо ли соглашаться с условиями ЕС. И Меркель, и Олланд потеряли дар речи.

Председатель Евросовета Дональд Туск тоже был неприятно удивлен и не слишком церемонился в выражениях: Ципрасу следовало понять раз и навсегда, какими рамками ограничена его свобода действий.

«Скажу честно, что мы все в дерьме, — вспоминал свои слова Туск. — Мы тратим время и силы на то, чтобы помочь грекам, помочь тебе и твоей стране, а ты устраиваешь референдум. Мы тоже можем провести референдум и спросить наших граждан, готовы ли они платить по греческим счетам. Ну, и ты представляешь, каким будет результат?»

Греки проголосовали против условий займа, банки перестали финансировать страну и правительству пришлось ввести жесткие ограничения на количество денег, которое можно было снять со счетов. Многие социальные пособия перестали выплачиваться.

Дело дошло до того, что Ципрасу поставили ультиматум: или вы выходите из евро, или вы принимаете наши условия.

Ципрас сдался, Греция осталась в еврозоне, но одновременно по всей Европе популистские партии стали частью политического мейстрима.

И всех последствий спасения евро мы пока еще не знаем.

Смотрите вторую серию фильма Би-би-си «Европа изнутри. Десять лет разногласий. Ва-банк» (12+) в среду 17 апреля в 1800 МСК на телеканале «Дождь». Фильм также будет доступен на сайте телеканала в разделе «BBC на Дожде».

По сообщению сайта BBC Russian

Поделитесь новостью с друзьями