В Уральском городском суде идет процесс по делу о дропперстве и похищении. Защита утверждает, что следствие подменило обстоятельства дела, а ключевые доказательства обвинения не нашли подтверждения на суде.
Обвинение рассматривает судья Айзада Джумагулова. На скамье подсудимых семеро человек в возрасте от 19 до 33 лет. Департамент экономических расследований и прокуратура предъявили им обвинение по нескольким статьям уголовного кодекса. Прокурор уже четырежды за месяц менял обвинительный акт и квалификацию действий подсудимых.
Защита уверена, что следствие подменило обстоятельства дела, а ключевые доказательства вызывают серьезные вопросы.
В деле, где переплелись история с банковскими счетами, поиски человека за 500 долларов, странное похищение и пропавший iPhone, предстоит разобраться суду.
В Уральске уже несколько месяцев рассматривают уголовное дело, в котором переплелись дропперские счета, международные денежные переводы, компьютерный клуб, ломбард и предполагаемое похищение человека.
В деле семеро обвиняемых. Центральная фигура по версии следствия – 21-летний Тимофей Вейднер. Он уже год находится в СИЗО. Остальные — 33-летний Камиль Амангалиев, 23-летний Алихан Сайлауов, 19-летний Давид Власов, 24-летний Нурсултан Утеляев, 29-летний Игорь Сериков и 33-летний Михаил Сериков — отпущены под залог или находятся под подпиской о невыезде.
Вейднеру вменяют организацию незаконного доступа к банковским счетам, похищение человека и вымогательство. Шестеро других участников, как утверждает обвинение, помогали ему выполнять отдельные задачи: искать владельцев банковских счетов, разыскивать потерпевшего, перевозить его и принуждать к передаче имущества.
Но защита настаивает, что многие обстоятельства, изложенные в обвинительном акте, не подтверждаются показаниями самого потерпевшего и материалами судебного разбирательства.
Дропперство
Согласно последнему обвинительному акту, в конце сентября 2025 года Вейднер занялся поиском людей, готовых за вознаграждение предоставить свои банковские счета и онлайн-банкинг для перевода денег, полученных мошенническим путем.
Для этого он, по версии следствия, привлек Нурсултана Утеляева и Давида Власова. Их задачей был поиск так называемых дропперов – людей, через банковские счета которых можно переводить и обналичивать чужие деньги.
В поле зрения компании оказался Нурхат Сергалиев. За предоставление банковских счетов ему якобы обещали 100 тысяч тенге.
Дальше, согласно обвинительному акту, все происходило почти по инструкции. Для регистрации банковских приложений участники получили отдельный телефон, приобрели SIM-карту, установили ее в устройство и прошли видеоверификацию в приложениях Halyk Bank и Freedom Bank на имя Сергалиева. Телефон с доступом к онлайн-банкингу впоследствии передали Вейднеру.
Уже 3 октября через счета Сергалиева прошли денежные средства, поступившие от нескольких граждан. В обвинительном акте фигурируют 594 тысячи тенге от Ольги Заколодной, 499 тысяч от Ануарбека Ануарбекова и 939,6 тысячи от Анны Бекпаевой.
Кроме того, следствие утверждает, что около 8,8 тысячи долларов были конвертированы и переведены на счета за пределами Казахстана – в Грузию и Турцию.
8 октября Сергалиев, как указано в обвинительном акте, обратился в департамент экономических расследований по ЗКО и сообщил об обстоятельствах произошедшего. После этого на банковские счета наложили ограничения.
Именно здесь началась вторая часть истории.
Поиск человека за 500 долларов
Когда доступ к одному из счетов оказался заблокирован, Вейднер, как утверждает обвинение, попытался найти Сергалиева, чтобы тот прошел повторную банковскую верификацию.
Самостоятельные поиски результата не дали. Тогда к делу подключили Власова и Утеляева.
В обвинительном акте описан довольно необычный способ поиска: Давид Власов разместил в Instagram объявление с текстом «Кто найдет человека – 500$».
На публикацию откликнулись Камиль Амангалиев и Алихан Сайлауов. Получив сведения о Сергалиеве, они, по версии следствия, установили его местонахождение.
15 октября около полуночи Амангалиев и Сайлауов привезли Сергалиева к компьютерному клубу «Mansion» на улице Ружейникова. Там его, как утверждает обвинение, передали Вейднеру, Утеляеву и братьям Игорю и Михаилу Сериковым.
За эту услугу Амангалиев и Сайлауов якобы получили 50 тысяч тенге.
Дальше события развивались уже ночью.
iPhone за 250 тысяч
По версии следствия, около двух часов ночи 16 октября Вейднер, Утеляев и братья Сериковы поместили Сергалиева в автомобиль Volkswagen Golf и направились к заправке Sinoil.
В дороге Михаил Сериков, как указано в обвинительном акте, стал предъявлять Сергалиеву претензии из-за блокировки банковских счетов. Он якобы потребовал сдать принадлежащий тому телефон в ломбард, а вырученные деньги передать в счет компенсации возникших обязательств.
Когда Сергалиев отказался, ему, по версии обвинения, пригрозили физической расправой.
Следствие утверждает, что остальные находившиеся в машине участники слышали угрозы и не препятствовали происходящему.
В результате Сергалиев сдал свой iPhone 15 Pro в комиссионный магазин ломбарда «Shark in Sales» на улице Курмангазы. За телефон ему выдали 250 тысяч тенге.
В обвинительном акте говорится, что деньги впоследствии распределили между Михаилом и Игорем Сериковыми, Вейднером и Утеляевым.
На этом история, по версии обвинения, не закончилась. Сергалиева доставили в квартиру Вейднера на проспекте Абая, где, как утверждает следствие, удерживали против его воли. Там ему якобы угрожали расправой в случае побега, в том числе угрожали его родственникам.
На следующий день Сергалиева, по версии следствия, повезли в Народный банк, чтобы попытаться снять ограничения с банковских счетов. Позже он вместе с Вейднером и Амангалиевым оказался в здании ДЭР.
Все семеро фигурантов обвиняются в похищении человека. Четверым – Вейднеру, Утеляеву и братьям Сериковым – дополнительно вменяют вымогательство. Вейднеру, Власову и Утеляеву также предъявлено обвинение в незаконном приобретении доступа к управлению банковскими счетами.
«Он сам сел в машину»
Адвокат Руслан Аминов, представляющий интересы нескольких обвиняемых, с такой картиной произошедшего категорически не согласен.
По его словам, Сергалиев сам участвовал в передаче банковских счетов и не был случайным человеком, которого втянули в преступную схему.
Адвокат обращает внимание на то, что Сергалиев в судебном заседании, отвечая на вопрос, почему согласился поехать к обвиняемым, объяснил это желанием доказать, что он не мошенник.
«Он сам передвигался, сам сел в машину изначально. И в суде он об этом говорит. Его слова зафиксированы в протоколе», — говорит Аминов.
Защита утверждает, что потерпевший имел при себе телефон, мог связаться с близкими или обратиться за помощью, однако этого не сделал.
Есть у защиты вопросы и к видеозаписи из ломбарда. Адвокат утверждает, что она оказалась смонтированной, а после выявления этого обстоятельства прямо на судебном заседании прокурор отказался от использования данного доказательства.
«Они друг другу никто»
Особенно болезненно происходящее воспринимает семья братьев Сериковых – Михаила и Игоря.
Их отец, Александр, утверждает, что сыновья не были знакомы с Сергалиевым и оказались втянуты в историю случайно.
По его рассказу, братья находились в компьютерном клубе на улице Ружейникова. Младший приехал за старшим, после чего они немного поиграли и собрались домой.
Тогда один из находившихся там молодых людей, которого старший Сериков якобы знал по футбольным тренировкам, попросил подвезти его домой. Братья согласились.
После этого они отправились домой.
Задержали братьев сотрудники спецподразделения примерно через неделю. Отец утверждает, что во время задержания старшего сына избили и сломали ему челюсть, ударив прикладом автомата.
Он говорит, что обращался с жалобами в прокуратуру и полицию, однако, по его словам, реакции не последовало.
Адвокат Аминов также подтверждает, что поднимал вопрос о применении физической силы при задержании обвиняемых. По его утверждению, силовые действия применялись ко всем его подзащитным.
Сам отец считает абсурдным то, что семерых человек обвиняют в совместном преступлении, хотя, по его словам, часть из них даже не была знакома между собой.
«Такое чувство, что они все друзья. А на самом деле они друг другу никто», — говорит Александр Сериков.
Почему обвинение менялось несколько раз
Один из наиболее серьезных вопросов, который поднимает защита, касается изменений обвинительного акта.
В раннем документе некоторым фигурантам, помимо обвинения в похищении человека и незаконном доступе к банковским счетам, вменяли грабеж. В нынешней редакции речь уже идет о вымогательстве.
Адвокат Аминов утверждает, что обвинение меняли четыре раза, причем особенно активно это происходило после того, как в суде стали выявляться противоречия в показаниях потерпевшего.
По его мнению, следствие фактически пыталось подстроить обвинительную версию под обстоятельства, которые выяснялись во время судебного разбирательства.
«По итогам судебного следствия мы выявили существенные нарушения, несостыковки, откровенные противоречия в показаниях потерпевшего. То есть обстоятельства, которые изложены в уголовном деле, полностью не соответствуют тому, что мы установили. И соответственно прокурор пытается, я полагаю, под это подвести свой обвинительный акт», — заявляет адвокат.
Защита также обращает внимание на распределение ролей между участниками. По словам Аминова, первоначально Вейднеру вменяли организацию преступления, а остальным – пособничество. Адвокат считает, что в этой конструкции есть серьезные юридические противоречия.
В последнем обвинительном акте от 16 ноября квалификация действий отдельных обвиняемых уже изложена иначе.
Еще одна претензия касается работы следствия. Аминов утверждает, что часть материалов, в частности сведения из мобильных телефонов, получена с нарушением процессуального порядка.
По его словам, следователь вместо предусмотренной процедуры выемки информации оформляла протоколы осмотра телефонов. Защита считает, что это ставит под сомнение допустимость полученных таким способом доказательств.
Суду предстоит разобраться
По словам Аминова, судебное разбирательство продолжается уже около восьми месяцев. За это время защита неоднократно заявляла ходатайства, требуя дать оценку противоречиям в показаниях потерпевшего, видеозаписям и обстоятельствам задержания.
Адвокат утверждает, что прокурор неоднократно откладывал представление возражений на ходатайства защиты, а суд откладывал оценку доводов до вынесения итогового решения.
При этом говорить, что в деле вообще нет других материалов, было бы неправильно. В июньской редакции обвинительного акта перечислены банковские выписки, протоколы осмотра телефонов, очные ставки, допросы свидетелей, а также протоколы осмотра видеозаписей компьютерного клуба, Народного банка и ломбарда. Защита, в свою очередь, оспаривает содержание и процессуальную допустимость части этих материалов.
Разрешить этот клубок противоречий предстоит суду.
Роман Дроздов.
По сообщению сайта Уральская Неделя