Депутатка Элвира Сурабалдиева дала интервью изданию Exclusive KG, где объяснила, почему не могла отвечать на вопросы экс-главы ГКНБ Камчыбека Ташиева на суде.
На суд по дело о насильственном захвате власти Сурабалдиеву пригласили из-за апрельского интервью казахскому блогеру, с которым она обсуждала Ташиева.
«Президенту сейчас очень тяжело, потому что его давний друг пытался сместить его с должности. Возможно, именно это и стало основной причиной увольнения Ташиева», — сказала она в том интервью.
После интервью, по ее словам, ее пригласили в МВД и допросили, и она подписала подписку о неразглашении.
Не считая допроса, о котором рассказывает теперь Сурабалдиева, ее высказывание прокомментировал президент Садыр Жапаров. Он заявил, что суд разберется, были ли попытка госпереворота со стороны Ташиева или нет.
После стало известно о возбуждении дела по статье о насильственном захвате власти в отношении Камчыбека Ташиева и других фигурантов. Адвокат Ташиева Икрамидин Айткулов говорил, что политику предъявлены обвинения по статьям «Насильственный захват власти» и «Злоупотребление должностным положением», и что вину тот не признает. Все это произошло в апреле.
В июне ее пригласили в суд по делу Ташиева в качестве свидетеля — и она пришла. По ее словам, если суд приглашает в качестве свидетеля, отказаться ты не можешь. Но она не понимает, зачем ее пригласили на суд — она считает, что не могла давать показания на суде из-за подписки о неразглашении, данной на допросе.
Однако, согласно Уголовно-процессуальному кодексу Кыргызской Республики, подписка о неразглашении действует до окончания расследования по уголовному делу. То есть, до его рассмотрения в суде.
Ранее само дело было засекречено. С 15 июня заседания проводились открыто, но теперь журналистам снова запретили освещать судебные заседания, потому что будут допрашивать секретных свидетелей. Но Сурабалдиеву приглашали на открытые заседания суда.
«Даже если мне было что сказать, мне приходилось задумываться — а могу я это рассказывать или нет», — говорил Сурабалдиева. Протокол с ее допроса должен был быть у суда, его видели адвокаты и следователи. По закону, если ее показания не засекречены, с ними должны были ознакомиться и подсудимые.
«Я на все вопросы уже отвечала. Они же читали мой протокол допроса. Там есть мои ответы на 7-8 вопросов», — говорит Сурабалдиева и пеняет на открытый суд, мол, не знала, что можно говорить при журналистах.
Ташиев требовал от нее ответов на суде.
«Я задаю вам вопрос, потому что вы единственная, кто прямо меня обвинил, давая интервью журналистам другого государства, что я готовил госпереворот. Поэтому я спрашиваю, может вы слышали как я с кем-то говорил, или с кем-то встречался, что-то организовывал? Хотя бы один человек сказал вам это?» — спрашивал Ташиев на суде.
В свежем интервью Exclusive KG Сурабалдиева, что термин про попытку переворота использовали еще до ее интервью. Действительно, незадолго до нее про неудачную попытку писал посол Кыргызстана в Германии, отец кыргызской Конституции Омурбек Текебаев. Правда, Ташиева он не упоминал, но ситуацию описывал одну и ту же — говорил о последствиях письма 75.
Тем не менее само дело о массовых беспорядках в отношении подписантов письма 75 к казахскому интервью Сурабалдиевой уже было возбуждено. А официальные лица — зампред кабмина Эдиль Байсалов, президент Садыр Жапаров, его пресс-секретарь Асках Алагозов в своих интервью использовали такие слова, как «интриги», «раскол», «провокаторы» в отношении подписантов письма. Более того, само письмо уже обсудили в парламенте и выяснили, кто его принес и как оно попало в парламентский комитет. И на суде, когда на нее кричал Ташиев, Сурабалдиева отвечала, что принимая во внимание все события, она имеет право на это мнение.
«Исходя из своей политической позиции и мнения, я считаю, что имею право говорить об этом журналистам как политик», — сказала она.
В какой-то момент Камчыбек Ташиев сорвался с спокойного тембра на крик, и даже стал напоминать Сурабалдиевой об убийстве ее отца. Он не давал ей отвечать, перебивая ее.
После того суда многие депутаты раскритиковали Ташиева за его поведение на суде и обратили внимание на несправедливость того, что главные фигуранты дела о насильственном захвате власти в лице экс-главы ГКНБ Камчыбека Ташиева, экс-спикера парламента Нурланбека Тургунбек уулу и экс-генпрокурора Курманкула Зулушева остаются на свободе, когда второстепенные фигуранты — пятеро подписантов письма 75 — находятся в изоляторах.
По сообщению сайта Новости Кыргызстана