Георгий Бовт о том, надо ли улучшать человека до его рождения

Дата: 15 мая 2023 в 11:26


Политолог

Современная цивилизация нам, конечно, подбрасывает. То, понимаешь, аборты разрешат, то экстракорпоральное оплодотворение придумают, то суррогатное материнство. Про гомосексуальные браки вообще не будем, чтобы никого попусту не возбуждать, сейчас у нас с этим строго. Есть основания полагать, что

по мере развития биотехнологии этических, да и юридических, проблем будет возникать все больше. Надо быть к этому готовыми и не шарахаться потом от всего нового, как от чумы.

Вот, к примеру, на днях впервые (официально во всяком случае) в Великобритании родился ребенок с использованием ДНК трех человек. Более 99% ДНК поступило от двух родителей, а еще около 0,1% – от третьей женщины-донора. Метод применен с целью предотвратить рождение ребенка с неизлечимыми митохондриальными заболеваниями. Митохондрии – это такие «отсеки» в клетках человеческого организма, которые отвечают за преобразование питательных веществ в полезную энергию с использованием молекул кислорода. Этот процесс генерирования энергии внутри клетки известен как клеточное дыхание. Соответственно, дефектные митохондрии не могут питать организм, что приводит к повреждению головного мозга, атрофии мышц, сердечной недостаточности и слепоте. Митохондриальные заболевания в принципе неизлечимы и могут привести к летальному исходу в течение нескольких дней или даже часов после рождения. Поскольку митохондрии передаются только от матери, то их донорство можно считать модифицированной формой ЭКО, когда используются митохондрии из здоровой донорской яйцеклетки. Варианта донорства два: либо оно происходит после оплодотворения материнской яйцеклетки спермой отца, либо до.

Эта технология была разработана еще около десяти лет назад. Теми, кого теперь принято звать «англосаксами», как обычно. Первый ребенок, родившийся после митохондриального донорства, появился на свет в 2016 году в Мексике. Однако до этого данная семья из Иордании проходила курс лечения в экспериментальном порядке именно в США в Нью-Йорке. В самой Америке сей вопрос до конца на юридическом уровне не урегулирован, поэтому, видимо, данному младенцу и не решились предоставить гражданство США «по месту рождения». Так что он родился мексиканцем (там тоже действует такое правило). В 2019 году демократы в Конгрессе США предприняли было попытку либерализовать запрет на «генетическое редактирование» эмбрионов, однако консервативно настроенные республиканцы заблокировали законопроект.

На законодательном уровне митохондриальное донорство утвердили лишь две страны – Великобритания и Австралия, притом в Великобритании разрешительный закон был принят еще в 2015 году. Такая медлительность продиктована двумя обстоятельствами. Первое — чисто этические проблемы, связанные с тем, что у одного ребенка, как ни крути, получаются три родителя. Причем несмотря на несущественную, казалась бы, долю ДНК, которая получена от женщины-донора, она является решающей при определении дальнейшей жизнеспособности младенца. Вторая причина заключается в том, что число новорожденных с митохондриальными заболеваниями ничтожно мало, поэтому данная проблема в подавляющем большинстве стран мира не рассматривается как острая. Согласно имеющейся статистике, неизлечимым митохондриальным заболеваниям подвержен в среднем один младенец из 6500. Кстати, в той же Австралии процент таких заболеваний выше: один на 5000 новорожденных. На сегодня в Великобритании число требуемых донорских операции для исправления данной ошибки природы оценивается примерно в 150 в год. Пока же во всем мире известно о не более чем пяти рожденных таким образом детях, причем вся персональная информация о них засекречена. По другим же данным, только в Великобритании конфиденциальным образом было проведено уже до 20 таких операций после 2017 года (когда начала действовать соответствующая лицензия).

Митохондрии имеют свою собственную генетическую информацию (ДНК), что на практике означает, что родившиеся после таких манипуляций дети наследуют ДНК как от своих родителей, так и немного от донора. Притом последнее – это наследуемое изменение, которое будет передаваться из поколения в поколение.

Митохондриальная ДНК имеет отношение только к созданию «правильных» митохондрий и вроде бы не влияет на другие персональные качества человека, на его внешний вид, например. Но все же, как и всякое новое, это неизбежно вызовет вопросы консерваторов. И если такая практика получит широкое распространение, то вопросы от «скрепоносцев» пойдут полноводным потоком.

Речь в данном случае идет о создании важного прецедента: по сути, происходит именно «редактирование» (его в других случаях именно редактирования уже генома, а не клетки, часто обозначают английской аббревиатурой CRISPR-Cas9 или просто CRISPR, от Clustered Regularly Interspaced Short Palindromic Repeats) человеческого эмбриона с целью избежать опасных наследственных заболеваний, как правило, неизлечимых.

Но также это, теоретически, можно делать и для того, чтобы «улучшить» еще до рождения какие-либо качества новорожденного. Если дать волю фантазии, то можно представить себе заранее «запрограммированных» детей-спортсменов-рекордсменов, выдающихся ученых либо же заточенных на какую-либо конкретную профессию или род занятий. Например, «универсального солдата». Или на сверхспособности музыкальные, математические, лингвистические и так далее. Это может представлять собой колоссальный этический вызов для человечества. Не менее серьезный, чем неконтролируемое развитие искусственного интеллекта. Поскольку заведомо понятно, что доступ к таким новейшим технологиям получат прежде всего самые богатые, поэтому в случае распространения этой практики

на Земле может образоваться раса сверхчеловеков в буквальном смысле этого слова. Они будут обладать запрограммировано отличным здоровьем и всеми теми качествами, которые считаются наилучшими на текущем отрезке развития цивилизации. Да и жить будут на порядок дольше других.

Пока общепринятым ответом на разработку и, что еще важнее, применение на практике таких технологий является тотальный запрет «геномного редактирования» человеческих эмбрионов. Впервые, как известно, такие манипуляции произвел в 2018 и 2019 годах один китайский ученый, родилось трое детей. За это китайские власти его отправили в тюрьму на 3 года. После отсидки он заявил, что дети живы и чувствуют себя хорошо. Больше о них ничего не известно. Официально в Китае такая практика прекращена и запрещена, как и во всех странах мира. Однако о том, что происходит неофициально, мы знаем примерно столько же, сколько обо всех подробностях происхождения пандемии COVID-19.

С тотальным запретом технологии CRISPR тоже не все так просто. Дело в том, что редактирование генома уже признано в качестве эффективного средства борьбы с целым рядом опасных заболеваний, включая онкологию. В последней сфере среди многих специалистов распространено мнение, что в принципе каждое онкологическое заболевание носит строго индивидуальный характер, а поэтому максимально эффективным может быть только индивидуальное лечение, притом именно что на уровне редактирования генома. Как и в случае других опасных заболеваний. Такое лечение уже применяется в экспериментальном порядке в ряде стран, среди которых все те же США, как часто бывает в биотехнологии, находятся на переднем крае.

Метод редактирования генома может применяться и на стадии эмбриона. Это вполне по силам современной науке – предугадать с высокой точностью, какими опасными заболеваниями может страдать еще не родившийся младенец.

Речь уже идет уже о гораздо большем числе людей, которых можно вылечить до рождения, чем в случае с митохондриальными заболеваниями. В мире в год рождается не менее 300 тысяч младенцев с врожденными болезнями, которые можно лечить в принципе только на генетическом уровне.

В случае со взрослыми людьми в этическом плане дело обстоит гораздо проще. Речь идет, по сути, об экспериментальном лечении, на которое нужно всего лишь согласие дееспособного человека. Однако вопросы этические все равно остаются.

Прежде всего в силу разного доступа людей разного достатка к подобным технологиям – стоимость «пакета» на человека может достигать 2 млн долларов. В любом случае, эта технология еще долго будет не для бедных и отсталых – стран и людей. Помимо этого, наверняка будут возражения и со стороны ортодоксально настроенных деятелей, которые усмотрят в этом вмешательство в «божью волю».

В той же Америке в обществе, согласно опросам, пока нет полной ясности по поводу того, как относиться к возможности редактирования генома до момента появления человека на свет. Примерно треть считают это хорошей идеей, столько же относятся к ней крайне негативно и еще треть просто не знают, что тут ответить. Из тех, кто уже имеет собственных детей, чуть более 40% говорят, что с высокой или некоторой вероятностью они бы одобрили терапию для своего ребенка до момента его рождения. Тогда как больше половины (55%, по данным Pew Research Center) ответили, что не стали бы. Более половины американцев (55%) при этом совершенно справедливо полагают, что широкое распространение практики редактирования генома у еще не рожденных младенцев приведет к еще большему росту социального неравенства в обществе. Однако при этом примерно половина полагают, что подобные методы лечения вполне применимы к взрослым с их согласия.

В России, насколько известно, подобных социологических исследований не проводилось. Оно и понятно: данная проблема попросту не актуальна на нынешнем этапе развития отечественной медицины и биотехнологии. Однако с некоторой степени вероятности можно предсказать, что в случае появления возможности импорта таких технологий в нашу страну в той или иной форме, чего пока на фоне жесточайших санкций представить себе весьма затруднительно, первой реакцией на их использование со стороны законодателей будет их непременный запрет.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

По сообщению сайта Газета.ru