The Economist: опыт населения и решения ЦБ помогли России выдержать западные санкции

Дата: 27 августа 2022 в 15:16


В западных СМИ продолжаются дебаты о том, как работает российская экономика. Как отмечает The Economist, после «вторжения России в Украину» Центробанк и Росстат перестали публиковать данные обо всем — от торговли до инвестиций.

«Многие сомневаются в достоверности тех цифр, которые все еще появляются. Инвестиционные банки, которые больше не консультируют клиентов по российским компаниям, сократили свои исследовательские усилия», — говорится в публикации.

В своей недавней статье исследователи из Йельского университета написали, что уход западных фирм из РФ и санкции «наносят вред». «Отобранные Путиным статистические данные затем небрежно трубят в СМИ и используются множеством экспертов для построения прогнозов, которые чрезмерно, нереально благоприятны для Кремля», — утверждается в материале. «Экономика не рушится», — указал в свою очередь эксперт Крис Уифер.

«После того, как Россия вторглась в Украину, ее экономика вошла в свободное падение. Рубль потерял более четверти своей стоимости по отношению к доллару. Фондовый рынок рухнул, вынудив регуляторов приостановить торги. Западные компании уходили из России или обещали это сделать сотнями, поскольку их правительства ввели санкции.

В течение месяца аналитики пересмотрели свои прогнозы по ВВП России в 2022 году в сторону понижения с роста в 2,5% до падения, близкого к 10%», — напоминает The Economist.

В администрации США полагали, что в этом году ВВП России сократится на 15%, что «сведет на нет последние 15 лет экономического роста». Согласно официальным данным, во втором квартале ВВП упал на 4% в годовом исчислении.

«Многие из 300 моногородов страны, пострадавших от санкций, находятся в полномасштабной депрессии. Многие люди, особенно образованные, бежали; другие выводят активы из страны.

По последним имеющимся данным, в первом квартале 2022 года иностранцы вывели прямые инвестиции на сумму $15 млрд, что является худшим показателем за всю историю наблюдений.

Но проведенный The Economist анализ данных из самых разных источников показывает, что дела в российской экономике идут лучше, чем предсказывали даже самые оптимистичные прогнозы, поскольку продажи углеводородов привели к рекордному положительному сальдо счета текущих операций», — следует из текста.

Некоторые из приведенных в статье показателей свидетельствуют о рецессии в российской экономике, но не глубокой. «При этом инфляция снижается. С начала 2022 года по конец мая потребительские цены выросли примерно на 10%.

Падение рубля сделало импорт дороже, уход западных компаний сократил поставки.

Но сейчас цены падают: укрепившийся рубль снизил стоимость импорта. И инфляционные ожидания россиян упали.

Правда, уровень безработицы на рекордно низком уровне в 3,9% в июне вводит в заблуждение. Многие компании увольняют сотрудников, некоторые без сохранения заработной платы. Данные российского сайта вакансий HeadHunter показывают, что соотношение количества ищущих работу к количеству вакансий в масштабах всей экономики выросло с 3,8 в январе до 5,9 в мае», — пишет издание.

В материале также приводятся данные Сбербанка, которые показывают, что в июле реальные потребительские расходы практически не изменились с начала года. «Весной импорт упал, отчасти потому, что многие западные фирмы прекратили их поставки. Тем не менее, по меркам недавних рецессий спад не был серьезным, и сейчас импорт быстро восстанавливается», — констатируют авторы.

По оценкам обозревателей журнала, три фактора объясняют, почему Россия продолжает «превосходить» прогнозы. «Первый — политика. Удвоение процентных ставок в феврале в сочетании с контролем за капиталом укрепило рубль, помогая снизить инфляцию. Широкая общественность знает, что Эльвира Набиуллина, глава ЦБ РФ, серьезно относится к сдерживанию цен, даже если это не делает ее популярной фигурой», — говорится в публикации.

Второй фактор связан с недавней экономической историей РФ. «Министр обороны России Сергей Шойгу, возможно, был в чем-то прав в феврале, когда, согласно The Washington Post, он сказал британскому правительству, что русские «могут страдать, как никто другой». Это пятый экономический кризис, с которым страна столкнулась за 25 лет — после 1998, 2008, 2014 и 2020 годов. Любой человек старше 40 лет помнит чрезвычайные экономические потрясения, вызванные распадом Советского Союза.

Люди научились приспосабливаться, а не паниковать (или бунтовать)», — отмечается в тексте.

Кроме того, части российской экономики «уже давно достаточно оторваны от Запада». «Это происходит за счет более низкого роста, но делает недавнее усиление изоляции менее болезненным. В 2019 году объем прямых иностранных инвестиций в страну составил около 30% ВВП по сравнению со средним мировым показателем в 49%. Стране требуется относительно немного зарубежных поставок сырья. Таким образом, дополнительная изоляция не оказала большого влияния на цифры на сегодняшний день», — поясняет The Economist.

Третий фактор относится к углеводородам. Согласно недавнему отчету Международного энергетического агентства, санкции оказали ограниченное влияние на добычу нефти в РФ. «С момента вторжения Россия продала ЕС ископаемого топлива на сумму около $85 млрд.

То, как Россия тратит накопленную таким образом иностранную валюту, остается загадкой, учитывая санкции против правительства.

Однако нет никаких сомнений в том, что эти продажи помогают России продолжать закупать импорт, не говоря уже о выплате солдатам и покупке оружия», — пишет издание.

По оценкам авторов, «Санкции останутся. ЦБ признает, что, хотя Россия не слишком полагается на иностранные материалы, она отчаянно нуждается в иностранном оборудовании. Со временем санкции дадут о себе знать, и Россия будет производить товары худшего качества по более высокой себестоимости», — заключили британские журналисты.

По сообщению сайта Газета.ru