Популярные темы

Иногда они возрождаются. Как восстанавливают популяцию куланов в Тургайской степи

Дата: 03 августа 2022 в 08:43


Иногда они возрождаются. Как восстанавливают популяцию куланов в Тургайской степи
Стоковые изображения от Depositphotos

Куланы в Казахстане полностью исчезли в 1930-х годах. В середине прошлого века началась долгая работа по реинтродукции, то есть возрождению животных. Пять лет назад специалисты Казахстанской ассоциации сохранения биоразнообразия (АСБК) запустили проект по воссозданию популяции куланов в Центральном Казахстане, естественном ареале обитания.

Центр реинтродукции АСБК на юге Костанайской области можно назвать заповедным местом: повсюду только степь, нет мобильной связи, а до ближайшего аула —70 километров по степному бездорожью. Из цивилизации в резервате только домик, где живут биологи, электричество на солнечных батареях и слабенький интернет, который подключают раз в сутки, чтобы отправить рабочую информацию по почте и прочитать сообщения в мессенджерах. Здесь, практически в полной изоляции от большого мира, специалисты Казахстанской ассоциации сохранения биоразнообразия (АСБК) занимаются восстановлением популяции куланов в Тургайской степи.

Последний раз куланов в Казахстане видели в 1930-х годах. Считается, что в это время казахский подвид кулана вымер полностью. По мнению биологов, существенную роль в исчезновении животных сыграл пресловутый человеческий фактор: нерегулируемая охота, браконьерство и конкуренция с домашними животными за пастбища. В 1950-х советские ученые запустили проект по реинтродукции животных. В 1953 году на остров Барсакельмес в Аральском море завезли первых 11 особей туркменского подвида.

— После того как работу по возрождению куланов в Барсакельмесе признали успешной, в регионе появилась другая проблема: высыхание Аральского моря, что в свою очередь привело к повышению соли в воде, — рассказывает главный специалист АСБК по реинтродукции Альберт Салемгареев. — Куланы, как и другие представители семейства лошадиных, не могут пить воду с высокой концентрацией соли. Поэтому в 1982 году началась работа по спасению животных: их начали вывозить в «Алтын-Эмель», который в то время еще не был национальным парком. Территория была очень удобной, поскольку там были естественные барьеры для животных: на севере — высокие горы, на юге — Капчагайское водохранилище и река Или.

По последним данным, в стране насчитывается около 4660 куланов. Это, конечно, очень мало, поэтому животное занесено в Красную книгу Казахстана как редкий и находящийся под угрозой исчезновения вид. Большая часть куланов, около четырех тысяч, обитают в национальном парке «Алтын-Эмель» в Жетысуской области, 600 особей находятся в Барсакельмесском заповеднике, и еще несколько куланов осваиваются в Центре реинтродукции АСБК.

В АСБК идея восстановлению диких копытных в естественной среде обитания вынашивалась давно. Центр был создан в 2014 году, и основной идеей была реинтродукция лошадей Пржевальского. Но прежде чем перевезти животных в Тургайскую степь, нужно провести много подготовительных работ.

— Мы решили использовать центр для реинтродукции куланов. Потому что при перевозке лошадей территория должна быть освоена каким-то копытным: лошади ведь не ходят хаотично, они ищут тропы, по которым ищут воду, пастбища, — объясняет Альберт Салемгареев.

Проект по реинтродукции кулана в Тургайской степи можно считать международным: со стороны государства его поддержал комитет лесного хозяйства и животного мира, от лица других стран участвовали Франкфуртское зоологическое общество, Королевское общество защиты птиц (Великобритания) и Норвежский институт охраны природы.

— Осенью 2017 года сюда привезли первую группу из девяти животных, в апреле 2018 года мы их выпустили в дикую природу, но куланы просто разошлись по большой степи, — продолжает Альберт Салемгареев. — Они начали очень активно осваивать территорию, за сутки проходили порядка 60–70 километров. Прежде всего такая подвижность связана с тем, что куланы старались получить как можно больше информации о новом месте — узнать, где есть водопои и подходящие пастбища. Когда кулан живет уже на изученном месте, он будет использовать ближние источники воды и пастбища.

Не обошлось и без потерь: когда куланы разбрелись по степи, осваивая новые территории, несколько животных погибли. Их потом нашли при помощи спутниковых ошейников. Одна самка пала от естественных причин, два самца стали жертвами браконьеров. От одного кулана осталась только голова, тушку второго браконьеры взять почему-то не решились взять и оставили валяться вместе с ошейником. Еще один самец вернулся в резерват спустя полтора года скитаний. У животного не было спутникового передатчика, поэтому отследить его перемещения было невозможно. Еще три самки продолжают бродить по степи. Время от времени их встречают местные чабаны и инспекторы «Охотзоопрома».

Один из самых сложных этапов работы — транспортировка животных. Для того чтобы перевезти куланов с юга Казахстана в Центр реинтродукции, необходимо преодолеть около двух тысяч километров. Первую партию животных переправили в 2017 году. Биологи соорудили специальные ящики, в которых дикие и свободолюбивые куланы были ограничены в подвижности. А перемещали их на большом и тяжелом вертолете Ми-26. Первоначально специалисты АСБК планировали перевезти в резерват около 20 животных, но на практике успели поместить на борт только девять: доставку пришлось делать очень быстро.

— Куланов нельзя долго держать взаперти, а у нас, с учетом помещения животного в ящик, перелета и выпуска на свободу, ушло где-то 30 часов, — объясняет Альберт Салемгареев. — Куланы относительно хорошо перенесли транспортировку, но очень ослабли. К тому же мы использовали транквилизаторы, чтобы их успокоить. В 2019 году, когда мы попытались перевезти животных с Барсакельмеса наземным путем, один самец измотал себя до смерти: часть пути, когда мы ехали по ровной дороге, он вёл себя спокойно, но когда выехали на грейдер, он начал биться о стенки ящика, разбивая себя буквально до крови.

Территория, на которой ученые создали Центр реинтродукции, считается для куланов перспективной: земля не освоена фермерскими хозяйствами и домашними лошадьми, это означает, что у диких животных здесь не будет конкуренции за пастбища. К тому же кормовая база здесь намного лучше, чем в Барсакельмесском заповеднике или «Алтын-Эмеле». А еще подходящий климат: куланы прекрасно переносят здешнюю зиму и практически не болеют.

Разумеется, в Тургайской степи водятся волки, но, по оценкам биологов, хищников не слишком много. К тому же волки обычно режут слабых и больных животных или детенышей, которые не сумеют убежать.

— По нашему наблюдению, когда волк подходит близко к загону, куланы группируются и начинают пристально смотреть на хищника. Естественно, волк тоже оценивает ситуацию: слишком велик риск, когда один хищник против четверых куланов, — говорит Альберт Салемгареев. — Но говорить о том, что волки сокращают популяцию — неверно. Волки не регулируют и не сокращают численность, они служат санитарами, их добыча — ослабленные животные или малыши.

Площадь загона, в котором живут куланы, составляет 40 гектаров, или около двух километров в окружности. Сейчас в загоне находятся взрослая самка с двумя жеребятами — один родился в прошлом году, другой в этом — и два взрослых самца. Один из самцов, тот самый, который вернулся спустя полтора года скитаний, научился перепрыгивать через высокий забор и время от времени бродит по ту сторону изгороди.

— Загон устроен так, чтобы создать куланам максимально естественные условия для жизни, — рассказывает Альберт Салемгареев. — На территории есть естественный водоем, возвышенности и впадины. Это очень важно для куланов, чтобы они могли и прятаться в укромных местах, не замечая деятельности наших смотрителей, а в период зимовки прятаться в низинах.

Фотографировать куланов оказалось непросто: дикие животные издалека примечают человека и стараются обходить его стороной. Для наблюдения за куланами в загоне поставили специальную кабинку с окошками: если в запасе есть несколько часов свободного времени, можно рассчитывать на удачные кадры.

В планах у биологов завезти в Тургайскую степь как минимум 80 куланов, чтобы животные стабильно размножались, даже когда начнут разбиваться на группы и разбредаться по степи.

— Перевозкой куланов мы планируем заниматься ближайшие десять лет, будем передерживать их в загоне и потом выпускать, – говорит Альберт Салемгареев. — Естественно, наша работа в Центре сосредоточена не только на перевозке. Мы будем наблюдать, как они себя ведут зимой, какими группами ходят, следить, в каких группах не хватает самок или самцов, и пополнять поголовье. К тому же, помимо реинтродукции, необходима и охрана животных.

Ученые надеются, что когда-нибудь популяция куланов восстановится в Казахстане до такой степени, что они будут исключены из Красной книги. Но чтобы эта мечта воплотилась в реальность, нужны десятилетия кропотливой и сложной работы.

По сообщению сайта Радио "Азаттык"

Поделитесь новостью с друзьями