Популярные темы

«Качество денег и размер денег». Математика Кайрата Боранбаева

Дата: 12 февраля 2021 в 08:33 Категория: Новости науки


«Качество денег и размер денег». Математика Кайрата Боранбаева
Стоковые изображения от Depositphotos

Кайрат Боранбаев, один из богатейших предпринимателей страны, пригласил корреспондента Азаттыка на свой фармацевтический завод в Караганде после выхода на нашем сайте статьи ««Спутник» от родственника Назарбаева и его компаньонов. Вакцинация в Казахстане и бизнес приближенных». В ней рассказывалось о том, что предприятие бизнесмена, породнившегося с экс-президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым, получит бюджетные миллиарды на производство вакцины от коронавируса. Вслед за публикацией Боранбаев лично позвонил автору статьи, заявил о несогласии с содержанием, назвал выпуск российского препарата «социальным проектом» и затем пообещал «показать» свой фармкомплекс и ответить на вопросы. В назначенное время съемочная группа Азаттыка прибыла на встречу.

ЦЕНА ВОПРОСА: «ДАВАЙТЕ НЕ БУДЕМ»

Карагандинский фармацевтический комплекс. Большая немноголюдная территория. Пятиэтажное административное здание и производственные цеха.

Мы заходим внутрь. Руководство комплекса, как оказалось, организовало «пресс-тур», и на предприятие пригласили свыше десятка представителей разных СМИ. Для них накрыли шведский стол. Раздали пресс-релизы.

«КФК производит современные препараты для лечения таких тяжелых социально-значимых заболеваний, как онкология, гемофилия, гепатит, диабет и других. Так, к концу 2020 года фармкомплекс достиг выпуска 60 наименований лекарственных средств», — говорится в тексте релиза.

На мониторе в конференц-зале показывают слайды. За столом — директор КФК Сергей Барон и совладелец предприятия Кайрат Боранбаев. Барон рассказывает, что успешное развитие началось в 2017 году. Именно в это время карагандинский завод купила фирма «НеоТекФарм», учредителями которой выступают, кроме Боранбаева, его российские партнеры — миллиардер Виктор Харитонин и бывшие члены правительства Андрей Дементьев и Андрей Реус. Предприятие производит продукцию, которую выкупает «СК-Фармация», так называемый единый дистрибьютор лекарственных средств, поставляющий препараты в больницы.

В этом месяце комплекс начнет производить и поставлять той же «СК-Фармации» прививку от коронавируса — «Спутник V» российской разработки, массовую вакцинацию которым начали в Казахстане с 1 февраля. Пресс-тур, собственно, посвящен «Спутнику V». Руководство предприятия говорит, что планирует выпускать четыре миллиона упаковок вакцины в год. Этого хватит для вакцинации двух миллионов человек (вакцина двухдозовая).

Спикеры охотно и подробно отвечают на вопросы, пока их не спрашивают о цене и себестоимости.

— Есть межправительственное соглашение, которое подписано министерством здравоохранения и РФПИ (Российский фонд прямых инвестиций финансировал разработку «Спутника V». — Ред.). Там определена цена. Самое главное, вопрос не в том, что какая цена. Президент страны объявил, что вакцина будет бесплатной. Поэтому цена не имеет значения для тех, кто будет вакцинироваться, — говорит Кайрат Боранбаев.

Боранбаев повторяет то, что сказал ранее Азаттыку: выпуск вакцины — «социальный проект».

— Коммерческой выгоды из этого не извлекаем, — продолжает Боранбаев. — Мы занимаемся от того, что ситуация в Казахстане по COVID'у усугубилась, решили выпускать на нашей площадке «Спутник V», чтобы участвовать в этом проекте. Мы, честно говоря, не считали наши прибыли, доходы, затраты. Надо отдать должное министерству здравоохранения, правительству за участие в проекте.

— Вы говорили, что договором определена цена на вакцину. А какая цена? Вы работаете в убыток? — спрашиваю я.

— Нет, мы не работаем в убыток, свои издержки покрываем, — отвечает Сергей Барон. — Ну любой договор это же… Министерство здравоохранения, наверное, это лучше к ним обратиться.

— Как сказал Сергей Леонидович, цена соответствует цене в Российской Федерации, — улыбается Боранбаев, глядя на Барона.

— Коллеги, давайте мы не будем, — обращается к журналистам Барон.

— Тут одна цифра. Назовите ее, — говорю я.

— Почему так беспокоит эта цифра? — вопрошает Боранбаев.

— Потому что бюджетные деньги, — объясняю.

— Это не наш контракт. Обратитесь в министерство здравоохранения.

Министерство здравоохранения позже, 10 февраля, сообщило, что Карагандинскому фармкомплексу на выпуск вакцины выделят свыше 15 миллиардов тенге (более 36 миллионов долларов). Это почти треть средств, заложенных в бюджете на покупку вакцин (разных производителей).

«НИ ОТ КОГО НЕ УБЕГАЮ. ЗАПОМНИ»

После пресс-конференции спикеры предлагают журналистам пройти на экскурсию. В коридоре здания, заметив приближение корреспондента Азаттыка, Кайрат Боранбаев сразу же бросает: «Не буду я тебе давать интервью. Я не обещал. Не надо ко мне подходить». Оператор стоит с включенной камерой.

— Не надо меня снимать, — парирует Боранбаев и поворачивает камеру к стене. — Тебе не стыдно меня снимать? Что ты меня снимаешь?

No media source currently available

Пройдя мимо оператора, Боранбаев обращается к другим СМИ и, показывая на корреспондента Азаттыка, говорит: «Он хочет в приоритете взять интервью».

Вскоре Боранбаев в окружении группы журналистов обещает дать общее интервью для СМИ. После экскурсии — репортерам показали цех по маркировке, термокоробки для хранения вакцины — бизнесмен предстает перед видеокамерами.

— Ребята, я должен был выехать в 11, но я решил с вами остаться, а то один ваш коллега сказал «что вы убегаете?» — говорит Боранбаев перед микрофонами и бросает взгляд на корреспондента Азаттыка. — Я ни от кого не убегаю. Запомни. Вот эту ключевую фразу запомни.

Боранбаев начинает отвечать на вопросы коллег. Сам он «Спутником V» не привился. Говорит, пока не собирается.

— Я в марте болел очень сильно, у меня есть антитела. Но я привил свою маму «Спутником» [в России]. 16 июля. И 7 августа во второй раз («Спутник V» был официально зарегистрирован в России 11 августа. — Ред.).

О КАПИТАЛЕ, НЕДВИЖИМОСТИ И НАЗАРБАЕВЫХ

В телефонном разговоре на минувшей неделе, когда Боранбаев позвонил мне, чтобы опровергнуть получение прибыли с контракта на «Спутник V», он сказал, что переговоры о выпуске вакцины с российским бизнес-партнером вел в «июле-августе» и что затем «подключались» казахстанские чиновники. Во время «пресс-тура» Боранбаев заявил, что летом «были предварительные общие разговоры» между бизнесменами, но на правительство с инициативами производить препарат он не выходил. Бизнесмен утверждает, что КФК как площадку для производства выбрали Минздрав Казахстана и РФПИ. И вновь говорит: «Это социально значимый проект. У нас коммерческой выгоды нет».

Боранбаев торопится, ссылаясь на плотный график. Спрашиваю его, что именно в публикации ««Спутник» от родственника Назарбаева и его компаньонов» он считает «враньем» (как он сам выразился).

— То, что я использую связи с Назарбаевым, чтобы получить контракты.

— Родство с Назарбаевым не влияет [на бизнес]?

— Никак не влияет. Никогда не влияло.

— А чем можете объяснить появление большого количества компаний после 2013 года (дочь Боранбаева восемь лет назад вышла замуж за внука Нурсултана Назарбаева)?

— Потому что они у меня были и до этого. По закону разрешается иметь компании и передать их в управление. Так и было. Тем более я не работал в госструктурах.

Кайрат Боранбаев упоминался в расследовании Азаттыка «Женева, Канны, Нью-Йорк и не только. Роскошные дома Назарбаевых», в котором рассказывалась о заграничной недвижимости членов самой влиятельной семьи в Казахстане. Азаттык направлял в декабре запросы собственникам особняков, но не получил ни одного ответа. Пользуясь случаем, мы спросили, принадлежат ли Боранбаеву объекты из расследования, зачем он приобретает виллы за рубежом, как оценивает свое состояние. Получился такой разговор.

— Ну да, есть [недвижимость за рубежом]. А что, это запрещено что ли? Я задекларировал. Плачу налоги. Это что, запрещено? Скажите. Мы чем должны заниматься? Мы бизнесом занимаемся. Поэтому исходим из бизнес-проектов. Если это запрещено, тогда пускай скажут в Казахстане. Я декларацию сдаю с 2001 года, — говорит он и затем вдруг обращается к оператору: «Только эти вопросы убери, ладно? Кiшкене ендi совесть болу керек қой, жігіттер (Немного совести должно быть, парни). Я же с вами по-человечески, вы тоже себя так ведите».

— А что не так с оператором?

— Нет, чтобы он завтра всякую ерунду не ставил, — отвечает Боранбаев.

— Вилла Ahlan ваша? — спрашиваю я.

— Да, две. И вторая вилла.

— Там [на вилле Ahlan] отдыхал Назарбаев в 2002 году (об этом писали российские СМИ. —Ред.), это правда?

— Нет, неправда.

— Почему вы не ответили на запрос [о недвижимости в Чехии]?

— Потому что я его не видел (улыбается).

— Вы рассматриваете это как инвестиции?

— Инвестиции. У меня много инвестиций. В Европе, везде.

— Это «запасной аэродром»?

— Гостиница — это не «запасной аэродром». Это инвестиции. Вы лучше расскажите про наши социальные проекты, чем мы занимаемся. Вот это было бы вам интересно. У нас есть детский сад для больных ДЦП. С 2002 года мы сами его содержим. Вот туда пройдите и посмотрите. Восемь детей мы сами содержим. И это не от того, что я хвастаюсь, вы можете это не писать. Вы просто придите и посмотрите, чем мы там занимаемся. Вы в каждом проекте ищете какое-то…. Я бизнесмен, я хочу иметь разносторонний бизнес. Поэтому я так развиваюсь: в Казахстане, России, Европе.

— У общества может возникнуть вопрос, почему вы не вкладываете в Казахстан?

— Я вложил в Казахстан. Это [за рубежом] может быть пять процентов от всех моих инвестиций.

— У вас еще квартира в Москве, в самой большом доме (башня «Федерация», небоскреб в российской столице. — Ред.).

— Да, потому что у меня офис и квартира там находится.

— Ваше состояние, по оценкам Forbes, 519 милионов долларов.

— Я не знаю, как это оценивают на самом деле. Это неправда. Меня, честно говоря, удивляет, откуда такая оценка. Было бы у меня столько денег, я бы, наверное... Ну не знаю, столько денег. Если ты понимаешь качество денег и размер денег, оно имеет совершенно другое значение. У меня нет таких денег.

— [В Forbes] намного преувеличенная сумма?

— Да, намного.

— Вы не опровергали?

— А что я буду опровергать? Они каждый год это делают. Но я понимаю, как они считают. Исходят из каких-то коэффициентов, аналитики стоимости недвижимости. Это оценка. Они только учитывают стоимость здания.

— Вы впервые появились в списке Forbes в 2016 году. До этого не все вас знали.

— Почему? Меня бизнесмены все знали.

— Бизнесмены — да. А сейчас вас знают в Казахстане и в СНГ.

— Ну я в чем виноват? Тут вопрос в другом. В Казахстане быть успешным бизнесменом хорошо или плохо?

— Если заработал честным трудом и делает благие дела, то хорошо. Я как гражданин говорю.

— Вот и все. Я тоже как гражданин Казахстана плачу все налоги здесь, где бы у меня ни была недвижимость.

— Насчет налогов. Сколько заплатили в прошлом году ваши компании?

— Очень много. Мы входим в пятерку самых больших налогоплательщиков Казахстана.

— Сколько?

— Не могу сказать. Есть вопросы более важные, с ковидом ситуация немножко очень изменилась. Ребята, мне пора. Там меня аким города ждет. И области.

Бизнесмен извиняется и уходит. Последний вопрос звучит у его машины. В прошлом году умер зять Боранбаева, 29-летний Айсултан Назарбаев (незадолго до смерти он сделал ряд громких заявлений, в том числе о причастности членов своей семьи к коррупционным схемам). Назарбаевы практически ничего не говорили публично об этой утрате. Боранбаев тоже не захотел говорить. Быстро сел в автомобиль и уехал на открытие фастфуд-ресторана. Боранбаев — франчайзи McDonald’s в Казахстане, России и Беларуси. Ему принадлежат несколько торговых центров, отели, сеть фитнес-центров, нефтяная компания, фирма, управляющая платными парковками в Алматы и другие предприятия.

По сообщению сайта Радио "Азаттык"

Тэги новости: Новости науки Нурсултан Назарбаев
Поделитесь новостью с друзьями