Популярные темы

«Онлайн-режим удобен системе». Как в Казахстане проходят судебные процессы по WhatsApp и Zoom  

Дата: 17 сентября 2020 в 11:43


«Онлайн-режим удобен системе». Как в Казахстане проходят судебные процессы по WhatsApp и Zoom  

Вскоре после объявления чрезвычайного положения и введения карантина в связи с эпидемией коронавируса в марте судебные процессы в Казахстане стали проводиться в режиме онлайн. С этого момента возросло число жалоб на некачественную связь, неравные права сторон в суде, несоблюдение требований судебного разбирательства и игнорирование обращений.

Алматинский активист Юрий Маленьких посетил блокпосты на въезде в город после объявления чрезвычайного положения. В прямом эфире в соцсети он раскритиковал тот факт, что несмотря на запрет, блокпосты можно пройти, и что некоторые сотрудники, которые должны следить за ситуацией, не соблюдают правила безопасности.

Через три дня, 29 марта, активисту предъявили обвинение по статье 478 Кодекса об административных правонарушениях («Действия, провоцирующие нарушение правопорядка в условиях чрезвычайного положения») и решением суда, который проходил в режиме онлайн, приговорили к двум суткам ареста.

– Онлайн-суды не могут дать никакой объективности. Там нет возможности всесторонне изучить материалы. Связь прерывалась, не слышно было. Многочисленные помехи были. Одним словом, наша судебная система не готова к новому формату, – говорит он.

Активист говорит, что по отбытии наказания участвовал в судебном процессе по делу еще одного активиста и блогера из Алматы Геннадия Крестьянского, с которым он посетил те самые блокпосты.

– Я был рядом с Геннадием Крестьянским, когда у него был суд по WhatsApp. Судебное заседание длилось полторы минуты. Мы даже не поняли, о чем идет речь. Позвонил представитель полиции и сказал, чтобы подключились через минуту к судебному заседанию. Никто так и не объяснил, что за судебное заседание. Видимо, до начало судебного заседания было известно решение, и судья просто зачитал его. И все. Это что за суды такие? В правовом государстве даже онлайн-суды должны быть объективными. Это профанация полнейшая, – говорит Маленьких.

Гражданская активистка из Алматы Даная Калиева, обвиненная в «оскорблении представителя власти» (статья 378 Уголовного кодекса), говорит, что в суде по ее делу часто случались технические сбои.

Инцидент, из-за которого Калиеву привлекли к ответственности, случился 22 февраля, когда в Алматы и других городах планировались антиправительственные митинги. По словам Калиевой, утром в тот день она вместе с трехлетней дочерью и подругой находилась на автобусной остановке в Алматы. Как говорит Калиева, внезапно двое неизвестных мужчин схватили сидевшую на скамейке подругу под руки и потащили. Активистка включила прямую трансляцию в Facebook'е, во время которой, как утверждает Калиева, выругалась в адрес мужчин, не представившихся и не предъявивших документы.

– Жетысуский районный суд Алматы, который рассматривал дело, пользовался бесплатным приложением Zoom. Каждые тридцать минут судья отключался и снова подключался. Потому что бесплатное время приложения ограничено. В результате заседания длились с девяти утра до вечера каждый день, – говорит активистка.

Даная Калиева говорит об ограничении ее прав во время онлайн-процесса.

– Мои вопросы часто оставались без ответа. Я повторяла по пять, семь, десять раз, но другая сторона делала вид, что не слышит. Что интересно, судья молча наблюдала за всем этим. Я считаю, что им удобно занимать такую позицию, – говорит активистка.

Если участник онлайн-процесса отключается или отказывается участвовать в процессе, суд может привлечь его к административной ответственности. К примеру, в мае потерпевший по уголовному делу, которое рассматривалось Есильским районным судом №2 города Нур-Султана, объяснил, что не участвовал в онлайн-процессе, «потому что был в дороге». Судья оштрафовал его за «неуважение к суду». В сентябре судья сделал предупреждение представителю истца, который отключился во время онлайн-слушания по гражданскому делу в Есильском районном суде.

«СЛАБЫЙ ИНТЕРНЕТ, СВЯЗЬ ТЕРЯЕТСЯ»

Онлайн-формат для судебной системы Казахстана не является чем-то новым. Осенью 2017 года в стране было запущено мобильное приложение «Судебный кабинет». Обычно его использовали, когда подсудимый находился в тюрьме или свидетель находился в другом городе. Среди критиков такого онлайн-процесса был и адвокат Джохар Утебеков.

– У нас всегда было какое-то определенное недоверие к онлайн-процессу. Но из-за карантина у нас этого выбора не оказалось, и мне пришлось активнее осваивать программы TrueConf, Zoom, видеозвонки в WhatsApp'е. Считаю, что для адвокатов это очень удобно. Благодаря онлайн-процессам мы очень сильно экономим свое время. Клиенты экономят деньги. Не надо тратиться даже на поездки по городу. И как юрист я могу больше зарабатывать, так как в день могу провести больше процессов. Но и минусов предостаточно, – говорит адвокат.

По его мнению, пандемия коронавируса показала уровень технических возможностей судебной системы Казахстана.

– Основная судебная программа TrueConf [предназначена для проведения видеоконференций], к сожалению, оказалась слабой. Недостаточно устойчивой, во-первых. Во-вторых, для многих она оказалось сложной. С WhatsApp было легче, и это приложение особых проблем не доставляло. Zoom тоже гораздо проще TrueConf. Суды, конечно, не были готовы к такой интернет-нагрузке. Самой главное и печальное – я на картинке вообще не вижу суд, если мы сидим в программе Zoom или TrueConf. В WhatsApp 'е я вижу судью. Но с маленького экрана телефона тоже неудобно. Если больше 10 человек участвует в суде, то в WhatsApp'е никак нельзя всем подключиться. Интернет слабый, и связь часто прерывается, – говорит Утебеков.

Член научно-консультативного совета при Верховном суде адвокат Гульнар Сулейменова говорит, что судебные процессы иногда откладываются на несколько часов из-за слабого Интернета. Особенно сложно выйти на связь из следственных изоляторовом, говорит она.

– Судья назначает заседание на 10 часов, было у нас такое, что подключали в 12, даже буквально перед обедом в половине первого. Была очень плохая связь с гособвинителем. Судья делал ему замечания, чтобы они присоединились через другой телефон или другой вай-фай. Но гособвинитель говорил, что у них такая плохая связь. Как-то в СИЗО вообще с утра не могли подключиться к Интернету, после обеда тоже. Все участники сидели в ожидании подключения. Конечно, это существенно влияет на качество, и хуже всего то, что иногда из-за слабого интернета у некоторых участников, в частности у меня, пропадал звук. Невозможно было расслышать показания ряда свидетелей, какие-то слова, отдельные предложения. И даже при воспроизведении копии протоколов судебных заседаний некоторые моменты, звук рассеивается и непонятно, что говорил человек. Иногда, сами понимаете, одно слово может менять смысл предложения, а здесь решаются судьбы людей, – говорит адвокат.

ОГРАНИЧЕНЫ ПРАВА АДВОКАТОВ И ОБВИНЯЕМЫХ

Правозащитники считают, что уголовное производство в режиме онлайн особенно неудобно.

– В уголовном деле важность свидетеля выше, гораздо выше доступность перекрестных допросов, в том числе потерпевшего, обвиняемого. И в таких онлайн-процессах это невозможно. Конечно, надо отметить, есть специфические проблемы в уголовных делах. Адвокат должен находиться рядом со своим подзащитным. Таких условий у нас, к сожалению, нет, если подзащитный находится в СИЗО во время процесса. И это ненормально, когда адвокат и подзащитный сидят отдельно. Нет конфиденциальности, – говорит адвокат Джохар Утебеков.

Адвокат Гульнар Сулейменова считает, что важным процессом в уголовном деле является ознакомление с вещественными доказательствами, их детальный анализ и изучение, а в режиме онлайн это невозможно.

– Судья оглашает список вещественных доказательств, а увидеть их мы не можем. По ходатайству сторон направляют сторонам сканированные копии, но это не равнозначно тому, как рассматривается оригинал документов, – говорит она.

Адвокаты говорят, что сложно консультировать клиента по вопросу, который возникает в суде во время онлайн-процесса.

– Как подзащитный будет задавать волнующие его вопросы во всеуслышание. Прокурор это слышит, судья слышит, то есть все слышат. Он мне вопрос даже задать не может, конечно, это ненормальная ситуация в уголовных делах. Он не может задать мне открыто. Например, может спросить: «Джохар, скажите, пожалуйста, я могу ответить на этот вопрос или нет?». Как быть, если хочется о чем-то конфиденциально посоветоваться? Это уже не получится. Поэтому этот вопрос очень острый и его надо решать, – говорит адвокат Утебеков.

Гульнар Сулейменова говорит, что во время допроса свидетелей онлайн допускаются нарушения закона.

– Самый большой минус онлайн-заседаний в том, что по закону допрашиваемые свидетели не могут быть допрошены в присутствии или с участием уже допрошенных свидетелей. Когда допрашивали свидетелей, каждый из них, кто-то на работе, кто-то дома, и поэтому непонятно, не находятся ли в одном помещении другие заинтересованные свидетели. Не обеспечивается положение закона о том, чтобы еще не допрошенные свидетели не общались с ранее допрошенными, или с теми, кого ещё не допросили. У нас по одному делу допрашивались муж с женой. Жену допросили и поинтересовались, где муж. «Сейчас его позову», говорит она. Получается, он сидел и слушал все, что она говорила. А их показания могли разниться, потому-то задавались вопросы свидетелю, к которым свидетель не была готова. Между тем муж прослушал заданные вопросы и уже был готов к этому, – говорит юрист.

«ДЛЯ СУДЕЙ КАРАНТИН СТАЛ ОДНИМ ИЗ СПОСОБОВ ЗАКРЫТЬСЯ»

Серикжан Маулетбай, один из учредителей Лиги судебных журналистов Казахстана, говорит, что в начале не было четкого алгоритма допуска журналистов на процессы. Он был принят только после обращения в Верховный суд. В алгоритме было сказано, что за несколько дней необходимо оповещать заведующего канцелярией.

– Изначально говорилось, что достаточно устного обращения. Позднее судьи начали просить письменные заявления. В итоге нас не допускали по разным причинам. Лично меня по многим резонансным уголовным делам не допускали на судебные процессы, – говорит журналист Серикжан Маулетбай.

По его словам, несмотря на письма, иногда канцелярия не предупреждала журналистов о процессе.

– Многие дела проходят без участия СМИ. Они просто не звонят и не пишут. Я обращался с письмами к заведующему канцелярией. Без меня проходил суд. К примеру, дело Ертаева о банке РБК. Нас туда в итоге допустили, но судья после выгнал нас, объяснив это тем, что он не может контролировать журналистов во время онлайн-заседаний, – говорит Серикжан Маулетбай.

По его мнению, карантин очень удобен для судебной власти, которой не нравится прозрачность процесса.

– Если судья захочет, журналист участвует, а если нет, то нет. Для них карантин стал одним из способов закрыться от людей, и они делают все, что хотят, нет четких правил проведения онлайн-заседания. Каждый учится на своих ошибках, как говорится, каждый сам как видит, так и проводит процесс, – говорит он.

СУДЬЯ: ОНЛАЙН –ПРОЦЕСС НЕ ПРЕПЯТСТВУЕТ ПРАВОСУДИЮ

Судья городского суда Нур-Султана Сайран Алимбаева считает, что население еще не готово к онлайн-процессу. По ее мнению, участники процесса часто игнорируют новый формат.

– В ходе онлайн-процесса люди хотят реализовать свое право на слово. Они никому не уступают, перебивают представителей другой стороны и делают что хотят. Мы делаем замечания. В случае отсутствия реакции на замечания приходится их отключать, это как «удалить из зала». Как-то участник процесса закурил во время заседания, сидел в футболке и шортах. Свой внешний вид объяснил тем, что «находится на даче». Это не правильно. В любом случае он должен придерживаться правил и подчиняться судье. Таковы требования, – говорит судья.

Судья Алимбаева признает наличие технических проблем и затягивания процесса из-за некачественной связи.

– Действительно, связь прерывается из-за слабого Интернета. Иногда приходится переносить заседание. Не следует винить людей. Они не виноваты в том, что связь некачественная. Вот почему мы говорим, чтобы они заранее нашли место с хорошим Интернетом и подготовились. В этом случае срок рассмотрения дела продлевается, – говорит судья.

Сайран Алимбаева не скрывает, что выносить приговор без личной встречи с обвиняемыми, а только на основании диалогов через экран, непросто.

– Мы не можем видеть обвиняемого или свидетеля из-за виртуального подключения. Конечно, полностью ощутить его настроение в тот момент невозможно. Иногда во время допроса в зале суда выражение лица, глаз и тон голоса человека могут указывать на то, что он или она не могут раскрыться. Однако я не думаю, что онлайн-процесс является препятствием для принятия справедливого решения, – говорит судья.

УДОБНЫЙ РЕЖИМ ДЛЯ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЫ

По мнению директора Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности Евгения Жовтиса, основная проблема в онлайн-процессе – это соблюдение равенства прав сторон.

– Дело не только в технологии и качестве оборудования, но и в соблюдении прав сторон, особенно прав подсудимых. Во-первых, качество передачи и качество канала вызывает серьезные вопросы, связь прерывается, не слышно экспертов, самого судью и адвоката. Во-вторых, подозреваемые или обвиняемые находятся под арестом, у них полностью теряется связь с адвокатом, потому что подсудимый в одном месте, адвокат – в другом месте. Часто адвокаты не могут находиться вместе с подсудимыми, если в следственном изоляторе обьявили карантин, и адвокатов выводят в эфир через онлайн-канал. И сразу возникает проблема – вы не можете предоставлять нормальные услуги подзащитным, то есть не можете говорить конфиденциально, не можете ему посоветовать, не можете постоянно переговариваться. Другая проблема в том, насколько качественно проходит сам суд, насколько адекватен допрос свидетелей, то есть ряд вопросов по этому поводу не находит решения к этому времени. Все это приводит к снижению доверия к суду, – говорит Жовтис.

Правозащитник говорит, что казахстанцы еще до пандемии скептически относились к судебной системе, а при нынешних условиях доверия становится еще меньше.

– Онлайн-режим удобен судебной системе. Так как меньше публичности, меньше подвергается критике. Конечно, нужно больше о здоровье людей думать. Однако сейчас открыты общественные места, магазины работают. Можно было бы открыть суды при соблюдении дистанции и санитарных требований. Однако, повторюсь, судебной системе это выгоднее, – говорит он.

Чрезвычайное положение, объявленное в Казахстане 16 марта из-за коронавирусной инфекции, было отменено 11 мая. Правительство дважды – весной и летом – объявляло карантин в стране из-за эпидемии и несколько раз его продлевало, ослабив карантинные меры лишь в конце августа. Судебные органы пока продолжают работать в режиме онлайн.

По сообщению сайта Радио "Азаттык"

Поделитесь новостью с друзьями