Популярные темы

«Это было принципиально». Скабелка рассказал всю правду об уходе из «Барыса» и ситуации со сборной Казахстана

Дата: 15 июня 2020 в 21:39 Категория: Новости политики


«Это было принципиально». Скабелка рассказал всю правду об уходе из «Барыса» и ситуации со сборной Казахстана

Андрей Скабелка после ухода из астанинского «Барыса» был признан лучшим тренером Беларуси и дал обширное интервью Pressball.by, сообщает Sports.kz.

— Достаточно проштудировать любой интернет-поисковик, чтобы понять, что ты не охоч до частых и тем паче больших интервью. Так достали журналисты?
— Да не то чтобы прямо достали, просто чаще всего из интервью в интервью задаются одни и те же вопросы — устаешь повторяться. А так с уважением отношусь к любой профессии, включая журналистскую. Сейчас вот свободного времени стало неожиданно много, заинтересовался хоккейными видеоблогами. Довольно интересные вещи попадаются. А вот вопрос, который показался бы мне интересным или поставил бы в тупик, за последние годы даже не припомню.

— Придется и мне поначалу быть банальным. Прошедший сезон, так понимаю, оставил двоякие ощущения?
— Вроде того. В клубной части был практически сплошной позитив, в сборной после известного матча против Польши в олимпийской квалификации — наоборот.

— Не было мысли провести параллель между победой поляков над Казахстаном, да еще и в Нур-Султане, с нашим матчем против шведов в Солт-Лейк-Сити?
— Да ну, это уже был бы перебор. Слишком несопоставимые величины. Да, «на тоненького» и да, несколько неожиданно для многих. Но в этом феврале просто в очередной раз было доказано, что в отдельном матче может произойти все что угодно.

— И все же глубина тренерского разочарования была изрядной?
— Само собой.

— Можно ли вспомнить какой-то аналог?
— За шестьдесят с лишним игр в сезоне столько всего неожиданного успевает произойти. Вот хотя бы относительно свежий пример: в одном из матчей плей-офф — 2019 сумели одолеть «Торпедо», уступая ему к середине второго периода четыре шайбы. А потом, ведя 2:0 в серии, довели дело до седьмой встречи. Вообще ловлю себя на мысли, что в последние годы перестал остро огорчаться неудачам и радоваться победам. В плотном графике это значит просто зря пережигать себе нервы.

— С опытом приходит умение управлять эмоциями?
— Вроде того. Раньше мог по горячим следам что-то кому-то выговорить. Сейчас действую иначе: матч закончился — все по домам. Выспались, успокоились и уже с утра на свежую голову разбираемся, что пошло не так.

— Часто доводилось на эмоциях говорить что-то, о чем позже приходилось жалеть?
— Да здесь не только слова могли быть, но и действия. Случалось, и игроков отчисляли после матча по моему настойчивому требованию. Сейчас такого себе уже не позволяю.

— Когда был последний случай?
— Уже давно, в Омске. И вот примерно тогда решил пересмотреть некоторые аспекты своей работы.

— История же закончилась фактически восстанием команды против тренера?
— Да не было никакого восстания. А только очередное подтверждение аксиомы: во всем, что произошло с человеком, виноват только он сам и никто другой. Раз получилось так, как получилось, значит, я что-то сделал неправильно. Знаю что, сделал выводы. И уверен: подобная история со мной больше не повторится.

— Ирония судьбы: в свое время Скабелка-игрок отказался идти против — Сидоренко-тренера, а через двадцать лет сам стал жертвой.
— Здесь тоже параллель будет сильно натянута — ситуации совершенно разные. И вообще давай закроем омскую тему — дело минувшее.

— Два года в Казахстане были счастливыми?
— Безусловно. Это были два интересных сезона. Завершившихся непростым решением, что второй станет последним. Бо — лельщики очень тепло поддерживали и команду, и наш штаб. Местные ребята сумели поверить в себя и раскрыться по-новому. В конце концов, и результата мы добились весьма и весьма неплохого. Недавно узнал, что в каком-то ежегодном рейтинге европейских клубов «Барыс» по итогам минувшего сезона вошел в десятку лучших. Впервые в истории. Чем не показатель?

— Воображаю, насколько обидной для команды оказалась приостановка, а — затем и отмена плей-офф.
— Само собой. Когда видишь, что команда на подъеме, она живет и дышит, способна на многое, трудно довольствоваться одним только преодолением первого раунда плей-офф. Это уже было. Тем более ко второму кругу подошли вообще без травм — нечастое счастье.

— А что могло бы быть?
— Здесь уже никто никогда не узнает. Мы были готовы биться до конца.

— «Барыс» образца марта этого года — лучшая команда в тренерской карьере?
— Вот здесь не стал бы так преувеличивать. Были свои пики и в «Авангарде», и в «Сибири», да и в том же «Гомеле» еще раньше. Но безусловно то, что сейчас все — игроки, тренеры, персонал, руководство — были на одной волне. А это, знаю по опыту, очень важно. И непременное условие больших успехов.

— Насчет поддержки болельщиков: такое ощущение, что Андрей Скабелка не всегда в любимчиках у игроков, но всегда — у зрителей.
— Тоже преувеличение — случалось всякое. Особенно поначалу: в той же «Сибири» не все и не всегда было гладко. Но потом, как правило, симпатии действительно удавалось заслужить. Настоящий болельщик ведь не только видит, но и чувствует команду. Понял это, еще будучи игроком. Это сейчас встречи команд с поклонниками могут проходить на аренах. Раньше — проще: клуб, театр, где в зале только несколько сотен «самых-самых». И от них всегда один посыл: «Ребята, даже не важно, выиграете вы или проиграете. Главное, мы должны видеть, что вы оставили на льду все, что можно. Тогда всегда поддержим».

— Врученный казахстанскими болельщиками халат не затерялся?
— Нет, конечно, привез в Минск. Такие презенты очень приятны. Тем более там же не только национальный костюм преподнесли, а и песню в мою честь переделали. В такие моменты чувствуешь, что действительно работаешь не зря.

— Поговорка «Восток — дело тонкое» приобрела за эти пару лет наполнение?
— Безусловно. Все-таки менталитет, общение, культура там отличаются от привычных нам. Что-то не стыдно и перенять. Например, уважительное отношение младших к старшим. Или взять ту же кухню: невозможно столько времени прожить в Казахстане и, скажем, не попробовать конину.

— И как?
— Довольно вкусно. При том, что я не особо мясоед.

— Неужели вегетарианец?
— Нет, скорее приверженец средиземноморской диеты: рыба, паста, птица.

— И давно?
— Изменил вкусы после окончания игровой карьеры. Игроку-то, понятно, непросто обходиться без мяса. А вот для тренера оно уже тяжеловато. Плюс пристрастился к средиземноморской кухне, когда стал с супругой регулярно выезжать на отдых в Италию.

— Как давно и почему именно туда?
— Приохотил знакомый, который еще раньше крепко полюбил именно итальянский отдых.

— Чем он лучше египетского или турецкого?
— В Египте не был вообще. В Турции бывал, но, наверное, больше не буду. Там же отпуск однообразный: пляж, отель, «все включено». Если дети маленькие — да, удобно: для них аниматоры, горки. Но наши уже выросли, так что путешествуем вдвоем с женой. И нам нравится, что в Италии ты постоянно меняешь декорации. Даже обед или ужин каждый раз на новом месте. А проехаться на авто по побережью — просто сказка!

— Раз уж зашла речь о детях, как у них дела?
— Аня окончила академию физвоспитания, сейчас работает в детской школе — помогает детишкам осваивать азы тенниса. Развивает себя.

— Алексей Андреевич тоже продолжает?
— Можно и так сказать. Хотя в какой-то части уже определился: женился, 4 июля будет год, как я дед, внучку назвали Викторией.

— Невестка белоруска, русская, казашка?
— Сибирячка. Они познакомились, еще когда мы с Лешей были в Новосибирске. Оказалось — всерьез и надолго.

— Какие у сына планы?
— Продолжать играть в хоккей. Агент пока подыскивает варианты. Есть среди них и белорусский. Пока — без подробностей.

— Закончим казахстанскую тему. Явно не клуб попросил Скабелку «на выход»: это делается одномоментно, а не тянется несколько недель. Тогда что?
— Тоже тривиальная в общем-то история. Не секрет, что в Казахстане предпочитают, чтобы главный тренер «Барыса» заодно возглавлял и сборную. И там на данный момент это логично: кроме игроков из клуба КХЛ, в сборной буквально несколько человек. В последнем созыве были всего трое — Рымарев, Доус да Жайлауов. Может, в ближайшее время конъюнктура изменится: казахстанцы же тоже теперь не будут считаться в России легионерами, так что часть наверняка разъедется. Тогда и разделение постов может произойти. Но пока этого не случилось, пришлось выбирать. Между тем, чтобы оставаться в Казахстане на обоих постах или покинуть Нур-Султан.

— Так в чем была сложность остаться, если, как было сказано, «Барыс» и сборная — практически одно лицо?
— Лицо одно, а специфика разная. Так что это было принципиально. Твердо для себя решил, что заниматься нужно чем-то одним. При этом роль тренера клуба мне ближе, чем наставника сборной, которая в сезоне собирается всего на несколько турниров и чемпионат мира.

— Пардон за соль на рану, то самое февральское поражение в олимпийской квалификации от Польши сыграло роль?
— Не то чтобы исчерпывающую, но стало серьезным фактором. После чего понял, что совместительства не хочу.

— Панорамный вопрос: почему у «Барыса» получается, а у «Динамо» — нет?
— Ого... Исчерпывающего ответа, понятно, не дам. Условия вроде одинаковые.

— Ой ли?
— По инфраструктуре — точно. По финансам — приблизительно то на то. Сейчас везде бюджеты сокращаются. И почему в «Динамо» что-то идет не так, лучше спросить у минчан. Мне часто задают вопросы о «Динамо», но всегда стараюсь от них уклониться. Не потому, что не хочу отвечать. А потому, что действительно не владею полнотой информации. Кто и как ведет селекцию, как выстроена вертикаль в клубе, почему именно так, а не иначе...

— Недавно предложенный «Локомотивом» трехлетний контракт — показатель серьезного доверия. Кажется, именно столько тренеры обычно просят для построения команды?
— Как минимум два сезона. Обычно у меня так и получалось: четыре года провел в Гомеле, три — в Новосибирске. В Омске схема дала сбой, но на момент моего ухода команда шла второй в конференции. И вот в «Барысе» сумели добиться стабильно поступательного движения за два цикла. Удалось убедить местных игроков, что они ничем не хуже легионеров, которые прежде в основном играли в клубе первые скрипки. И они стали не просто лучше играть, а решать исход матчей. В том числе в плей-офф в борьбе с таким авторитетом, как «Магнитка».

— Ну вот и нащупываем возможный фактор, почему не получается у «Динамо». Видимо, штабу Вудкрофта не хватает таланта внушения местным, что они не хуже.
— Не знаю. Опять же не в курсе динамовской кухни, да и обсуждать работу коллег не привык. И потом убеждение — только один из факторов. Немаловажна способность клуба удержать лучших более чем на один сезон. В «Сибири» с этим были проблемы. А когда каждый год теряешь лидеров и постоянно нужно искать новых...

— Сизифов труд?
— Не сизифов: ребята-то растут, прогрессируют, становятся более востребованными. Но высоким результатам команды такой отток, разумеется, не способствует. Кстати, частично с той же проблемой столкнулись и в «Барысе». Однако там удалось довольно успешно самортизировать кадровые потери после первого моего сезона. Вообще уверен, что в ближайшее время стоит ожидать притока квалифицированной хоккейной молодежи из Казахстана. Сужу по тому, как поставлена работа в школе «Барыса», с которой мы трудились под одной крышей. Там все налажено грамотно и профессионально. И с массовостью порядок — в группах начальной подготовки может быть и сотня ребят. И с этой сотней занимаются не один-два, а пять-шесть тренеров. Причем речь идет именно об этнических казахах. И результаты «Барыса» в последнее время этому немало поспособствовали в качестве рекламы хоккея.

— На высокое доверие «Локомотива» как-то повлияло ярославское прошлое Скабелки-игрока? Видимо, настолько яркое, что даже на пресс-конференции ты оговорился, назвав «Локомотив» его прежним названием — «Торпедо».
— Было такое. Просто после матча, когда идешь на брифинг, голова еще занята игрой, многое делается на автомате. А в коридорах навстречу — знакомые еще по 90-м лица, включая даже пресс-атташе. Вот и вырвалось невольно. А время и правда было ярким. И действительно очень приятно встречать причастных к нему людей. Кто-то продолжает так или иначе оставаться в хоккее, кто-то сменил род деятельности, но продолжает жить в Ярославле. С удовольствием сейчас со всеми увижусь.

— Тебе же повезло стать лицом золотого «Торпедо»?
— Что значит лицом? Лиц того успеха было много.

— Имею в виду, что в решающем матче финала из-за дисквалификации Красоткина ты был капитаном и первым поднял над головой чемпионский кубок.
— Ну да, вышло так. Я же был ассистентом, так что в том матче, как и еще в нескольких по ходу сезона, когда Дима не мог играть, исполнял капитанские функции. Но это действительно всего лишь формальность: Петр Ильич Воробьев просто создал в команде фантастическую и дружную атмосферу.

— Которую теперь в своих командах старается воссоздать Андрей Владимирович Скабелка?
— Можно сказать и так. Уже не раз говорил, что серьезное влияние на мое становление как тренера оказали два специалиста — Воробьев и Хэнлон.

— Как повлиял второй?
— Мне не довелось поиграть в Северной Америке, так что подход Глена к общению с игроками был в новинку. Дисциплина, отношение к работе — это и воробьевское наследие. А вот умения наладить ментально близкие доверительные отношения с хоккеистами Хэнлону было не занимать. Когда действительно работаешь не за страх, а за совесть.

— И насколько доверительными могут быть отношения с игроками?
— Без откровенного панибратства, конечно, но довольно близкие. Подшутить или потравить анекдоты в свободное время можем без проблем.

— А скажем, чего ждать игроку, накрытому с банкой пива?
— Здесь североамериканской демократичностью я не пропитался, так что ничего хорошего.

— Ярославские воспоминания самые яркие в период игровой клубной карьеры?
— Одни из самых — точно. Здесь все сошлось: и молодость, которую всегда приятно вспомнить, и максимально возможный успех. Хотя и в других командах хватало ярких страниц. Тот же «Ак Барс» времен Юрия Ивановича Моисеева.

— Так понимаю, шанса быть представленным новой команде еще не было?
— Пока. Все же на «удаленке», границы закрыты. Но вроде барьеры начинают снимать. Так что, надеюсь, с начала июля ситуация войдет в привычное русло. В России, наверное, процесс сейчас могут подхлестнуть футболисты. Вроде бы их чемпионат должен возобновиться до конца июня, это будет способствовать нормальной работе и остальных видов. Точно знаю, что все футбольные легионеры уже в командах.

— Как относишься к тому, что в Беларуси и хоккейный штатно доиграли, и футбольный не приостанавливали?
— Не думал как-то об этом. Каждая страна, как, собственно, и каждый человек в такой ситуации, самостоятельно решает, как лучше поступить. У нас вот решили так. В Швеции — тоже. Правда, там спортивные мероприятия все-таки отменяли. В общем, у меня нет однозначного ответа, как лучше.

— Так понимаю, если бы не пандемия, сейчас были бы с супругой в Италии?
— Наверное. Но, как говорится, нет худа без добра. Давненько не доводилось так долго находиться на родине и иметь столь много свободного времени. Решил многие хозяйственные вопросы, с домом, с дачей отца. До чего руки никак не доходили. С родней пообщаться удалось как никогда много, на природе побывать. Она у нас ничем не хуже итальянской, разве что моря не хватает. И спагетти не те.

— Самое неприятное и приятное из нехоккейных событий прошедшего сезона?
— Здесь задумываться не нужно. Неприятное, само собой, уход из жизни Володи Цыплакова. Как и для всех, для меня это было шоком. Приятное тоже легко вспомнить — рождение внучки.

— Каково это, второй год подряд быть на родине вне конкуренции?
— Как раз не считаю, что я вне конкуренции: хороших тренеров в Беларуси хватает. Просто приятно очередное признание своей работы другими людьми.

— Из нашего интервью четырехлетней давности: «Все знают, раз я в Минске — скоро соберемся». Имелись в виду в том числе и бывшие партнеры по сборной. Уже удалось?
— Пока нет, хотя все в Минске уже больше двух месяцев. Первое время, когда был пик пандемии, все береглись, старались минимизировать общение за рамками семей. Сейчас вроде полегче, но никак не получается. Только с Сашей Макрицким в теннис сыграли. Но еще пара недель в запасе, обязательно увидимся. Как раз вот Андриевский звонил.

— Карьера явно на пике. Есть и внутреннее ощущение этого?
— Просто есть понимание, что сил хватает, опыта все больше, желание работать зашкаливает. А пик это или не пик... Как будто все складывается неплохо. Но всегда нужно помнить, что расслабляться нельзя. Как сказал Майкл Джордан в фильме «Последний танец», успех — это путь от поражения до поражения.

— А какова формула тренерского успеха Андрея Скабелки?
— Формуле предпочитаю цель. Когда она поставлена и есть силы и желания, многого можешь добиться.

— Ближайшая?
— Ты же вот вспоминал ярославское фото с чемпионским кубком в качестве игрока. Ответ, думаю, понятен... 

Тэги новости: Новости политики
Поделитесь новостью с друзьями

Читайте также