Популярные темы

Голоса убитых женщин. Российский фемицид в фактах и цифрах

Дата: 08 февраля 2020 в 17:12 Категория: Происшествия


Голоса убитых женщин. Российский фемицид в фактах и цифрах

Что можно обнаружить, если изучить новости об убийствах женщин в России? Прежде всего, что реальное число убийств женщин на почве мизогинии в несколько раз превышает цифры, озвучиваемые высокопоставленными чиновниками. Что огромный вклад в формирование фемицидного мировоззрения россиян вносят медиа, использующие слово «фемицид» только для убийств женщин в других странах и отрицающие существование системного явления в России. Индивидуализированные истории, жестокие фотографии с мест преступлений, откровенные подробности личной жизни жертв, лживые заявления работников полиции... Так, глава свердловской полиции Александр Мешков сказал об убийстве Ксении Каторгиной 10 октября: «Я таких преступлений со времен 90-х не помню» – несмотря на то что жестокие убийства женщин – продавцов машин происходят регулярно.

Смотри также

Мужчины убивают женщин. Проблема фемицида в мире и России

22 ноября 2019 года активистка femicid.net Екатерина Бахренькова присутствовала на московской встрече шведских и российских парламентариев, где представитель МВД России, начальник ГУОООП МВД России, полковник полиции Станислав Колесник заявил, что в России в 2019 году в семье погибло 175 женщин. Сенатор от Омской области Елена Мизулина, выступая в Совете Федерации, сообщила, что по данным ГИАЦ МВД за 2015 год, что «от рук мужей погибло 304 женщины, а вовсе не 14 000». Цифра 14 000, не основанная ни на какой открытой статистике, приводилась когда-то давно центром «Анна»; отсутствие документального подтверждения этого высказывания до сих пор чуть ли не главный аргумент сил, отрицающих существование фемицида в России.

Коммерсант опубликовал перевод ответа правительства РФ, который был в конце октября направлен в ЕСПЧ. В этом суде рассматривались дела четырёх россиянок о домашнем насилии. Документ на английском языке был подписан заместителем министра юстиции РФ и российским уполномоченным при Европейском суде по правам человека Михаилом Гальпериным и уведомлял, что в России прекрасное законодательство, учитывающее весь спектр насилия по отношению к женщинам, что «посягательство на физическое лицо карается независимо от пола потерпевшего и от того, было ли оно совершено членами семьи, партнерами или третьими лицами… более 40 уголовных и не менее пяти административных положений, касающихся различных актов насилия в отношении личности». Говоря о дискриминации, авторы документа делали неожиданный вывод: «Даже если предположить, что большинство лиц, подвергающихся насилию в семье в России, на самом деле являются женщинами (хотя никаких доказательств этого утверждения не существует), логично предположить, что жертвы мужского пола больше страдают от дискриминации в таких случаях. Они находятся в меньшинстве, и от них не ожидается просьб о защите от жестокого обращения со стороны членов семьи, особенно если они страдают от лица противоположного пола». Также в документе говорилось, что по статистике о насильственных преступлениях, повлекших тяжкие последствия для здоровья или смерть, «большинство пострадавших являются мужчинами». По мнению авторов ответа, четыре женщины своими жалобами пытались «неверно истолковать общую ситуацию с домашним насилием в России» и «подорвать правовые механизмы, уже существующие в российском законодательстве, а также усилия правительства для улучшения ситуации». В ответ родственники убитых женщин попросили проверить Гальперина на профпригодность.

К 25.1.2020 года проекту femicid.net удалось найти в открытых источниках 1461 новость за 2019 год. В 2019 году было 593 случаев фемицида со стороны интимного партнёра, 73 – со стороны бывшего интимного партнёра (итого 666), 266 со стороны других родственников и 332 – со стороны знакомых.

Смотри также

Тысяча убитых россиянок. Фемицид – кто виноват и что делать?

Почему нельзя было просто получить статистику фемицида от МВД? Этот вопрос возникал постоянно, потому что работа с мониторингом убийств чрезвычайно трудна, и досадно, что полная база убийств женщин недоступна для гражданского контроля. Немного успокаивал тот факт, что статистика МВД не дает ответа на самый важный вопрос – о мотивах убийц. Потому что в российских законах вообще никак не определяются ни «гендерное насилие», ни «фемицид», а стало быть, раскидывая женские трупы по различным категориям, работники юстиции вроде бы как доказывают и обществу, и самим себе, что никакой проблемы с эпидемией мачистского насилия нет. Из сборника Федеральной службы государственной статистики «Женщины и мужчины России. 2018» можно узнать, что, например, в 2017 году от «внешних причин смерти» умерло 36 200 женщин. Внешними причинами смерти Росстат считает отравления, случайные падения, удушения или утопления, повреждения без уточнения их случайного или преднамеренного характера, несчастные случаи, вызванные электрическим током, огнём, огнестрельным оружием, несчастные случаи во время лечения, самоубийства, ДТП, смерть от терроризма и на войне, убийства. Одного взгляда на этот список достаточно, чтобы понять, что за каждой из внешних причин будет скрытый фемицид. Но даже если бы МВД и считало фемицид по всем правилам, госстатистика выпускается с опозданием на годы, ни о каком оперативном гражданском реагировании в этом случае говорить невозможно. К трагическим последствиям приводит отсутствие контроля новостей о делах по незавершенному фемициду и самообороне – если общество не вступается, женщинам присуждают огромные сроки.


Невероятная жестокость женщин – одна из расписных ширм эпидемии: «Женщины тоже бьют, причём с особенной жестокостью». Официальная статистика МВД за январь-сентябрь 2019 опровергает «тоже«-аргументы. Женщины совершают значительно меньше преступлений – 16%. Среди особо тяжких преступлений 79% – это самооборона, остальные – последствия изнасилований, системного пожизненного патриархального террора, истощения от неоплачиваемой репродуктивной работы. Часть «женских» преступлений совершается в интересах мужчин, ответить на вопрос, «какая часть», можно только изучив дела. То есть 54% населения (женщины) совершает 16% преступлений, а 46% населения (мужчины) – 84% преступлений. Женщины совершают значительно меньше преступлений. А что это за преступления и против кого они совершаются?

Согласно таблице «Распределение женщин и мужчин, совершивших преступления в 2017 г., по видам преступлений», женщины совершили в 2017 году 15,2% всех преступлений, мужчины – 84,8%. Среди мужских преступлений 87%, а среди женских преступлений 13% – особо тяжкие. 1400 женских убийств и покушений на убийство – это включая самооборону, покушения, самоубийства матерей с детьми, женский фемицид и т. д. – против 7900 мужских убийств и покушений на убийство – и против женщин, и против мужчин. 18,1% умышленного причинения тяжкого вреда здоровью также расслаивается на вышеперечисленные категории. Какую-то часть особо тяжких совершают 9,8% преступниц – несовершеннолетние. Более подробное изучение мотивов «женских» убийств сильно изменило бы общественные взгляды на «особую опасность и жестокость женщин».

Численность женщин и мужчин, потерпевших по преступлениям, сопряженным с насильственными действиями, в 2017 г. также неравномерна. Пострадавших мужчин – 57,9%, а пострадавших женщин – 42,1%. Наиболее тяжкие преступления совершают всё равно мужчины (87%), и в отношении мужчин в том числе. Мужчин убивают преимущественно мужчины. Женщины составляют подавляющее большинство среди пострадавших от сексуализированного насилия.

Статья Уголовного кодекса РФ «Изнасилование» (ст. 131 УК РФ) описывает только один вид сексуализированного насилия, когда насильник – всегда мужчина, пострадавшая всегда женщина, а форма – всегда насильственная вагинальная пенетрация пенисом. Все остальные варианты состава насильник/пострадавшая, а также другие виды насильственных действий, нарушающих сексуальную неприкосновенность, квалифицируются как «насильственные действия сексуального характера» (ст. 132 УК РФ). Но даже если суммировать все четыре попавшие в статистику статьи, описывающие сексуализированное насилие, в том числе совершаемые в отношении несовершеннолетних, подавляющее большинство пострадавших – женщины и девочки. Россия является страной, небезопасной для женщин.

Смотри также

Наедине с врагом

Как сложилась такая ситуация? Является ли совпадением то, что все органы власти и охраны правопорядка в РФ возглавляют мужчины, законы утверждают мужчины и в интересах мужчин, отношение заработной платы женщин к заработной плате мужчин во всех категориях занятости 67–71%, репродуктивный и домашний труд возлагается на женщин (см. «Затраты времени на ведение домашнего хозяйства» в справочнике «Женщины и мужчины России, 2018»), причём данная работа не признаётся ценной и поэтому не оплачивается. 456 профессий в данный момент запрещены для россиянок. Взыскать алименты с отца-дезертира в России не представляется возможным, если он сам того не пожелает. В обществе культивируется представление о том, что повышенная мужская агрессивность и социальная безответственность – следствие мужской природы и неизбежность, с которой ничего невозможно поделать. Но такие идеи противоречат реальности развитых стран.


Но вернёмся к нашим цифрам. Для подсчета новостного коэффициента фемицида нам потребовалось узнать численность женского населения по округам и областям. Используя официальные предположительные данные о численности населения России по регионам на 1 января 2019 года был рассчитан Коэффициент новостного фемицида для России 1.89 ☞ не «коэффициент фемицида», а число новостей о фемициде в России на 100 тысяч женщин за 2019 год. Также мы рассчитали коэффициент новостного интимного фемицида 1.63, где мы использовали только новости об убийствах родственниками (включая любых интимных партнеров) и знакомыми. Посмотреть данные по всем регионам можно здесь.

Топ-10 регионов с самым высоким уровнем новостей о фемициде:

Число убийств

Число убийств знакомыми

Женщин в регионе

КНФ

КНФи

Камчатский край

11

11

157,486

6.98

6.98

Магаданская область

5

2

72,997

6.85

2.74

Республика Алтай

6

6

114,847

5.22

5.22

Республика Коми

21

20

438,477

4.79

4.56

Сахалинская область

12

10

253,525

4.73

3.94

Ульяновская область

30

29

668,618

4.49

4.34

Псковская область

15

14

338,131

4.44

4.14

Чукотский автономный округ

1

1

24,450

4.09

4.09

Кировская область

27

25

686,003

3.94

3.64

Саратовская область

51

43

1,321,426

3.86

3.25

Топ-10 регионов, где больше всего новостей о интимном фемициде:

Число убийств

Число убийств знакомыми

Женщин в регионе

КНФ

КНФи

Камчатский край

11

11

157,486

6.98

6.98

Республика Алтай

6

6

114,847

5.22

5.22

Республика Коми

21

20

438,477

4.79

4.56

Ульяновская область

30

29

668,618

4.49

4.34

Псковская область

15

14

338,131

4.44

4.14

Чукотский автономный округ

1

1

24,450

4.09

4.09

Сахалинская область

12

10

253,525

4.73

3.94

Кировская область

27

25

686,003

3.94

3.64

Еврейская автономная область

3

3

84,030

3.57

3.57

Республика Бурятия

18

17

514,338

3.50

3.31

По округам:

Новости о фемициде

Новости о убийстве знакомыми

Женщин в округе

КНФ

КНФ(И)

Округ \ РФ

1461

1,264

77,418,415

1.89

1.63

ДФО

132

115

4,261,520

3.10

2.70

ПФО

345

311

15,823,770

2.18

1.97

СЗФО

171

140

7,527,278

2.27

1.86

СКФО

45

35

5,183,916

0.87

0.68

СФО

167

153

9,204,633

1.81

1.66

УФО

133

118

6,593,433

2.02

1.79

ЦФО

347

289

21,278,740

1.63

1.36

ЮФО

121

103

7,545,125

1.60

1.37

Связь количества новостей со свободой прессы в регионе очевидна. В связи с этим можно отметить два типа достижений региональных властей: уничтожение прессы в самых криминальных регионах – в тех, из которых в принципе нет новостей о фемициде, и эпидемия фемицида в тех регионах, откуда новости приходят.

Лучше всего новости о фемициде в 2019 году скрывал Северо-Кавказский федеральный округ. Его возглавлял Александр Матовников, полномочный представитель президента Российской Федерации, член СБС, ранее заместитель командующего Силами специальных операций Главного разведуправления Генштаба, Герой РФ, воевавший в Сирии и в Украине. Тремя самыми фемицидными регионами России оказались Дальневосточный, Северо-Западный и Приволжский. Их главы – Юрий Трутнев, заместитель председателя правительства Российской Федерации и полномочный представитель президента Российской Федерации в Дальневосточном федеральном округе, Александр Гуцан, полномочный представитель президента Российской Федерации в Северо-Западном федеральном округе и бывший заместитель генерального прокурора Российской Федерации, Игорь Комаров, полномочный представитель президента Российской Федерации в Приволжском федеральном округе, бывший генеральный директор Роскосмоса. Самое новаторское решение по улучшению показателей раскрываемости фемицида нашли чиновники Краснодарского края – губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев, начальник ГУ МВД России по Краснодарскому краю Владимир Андреев, начальник ОРЧ (СБ) ГУ МВД по Краснодарскому краю Андрей Бондарев. Вместо того чтобы расследовать дело, подотчётные им представители власти назначили убийцу и пытали случайных людей, добиваясь самооговора.

Важно упомянуть еще одно лицо российского фемицида на международном уровне – исполнительного директора Управления ООН по наркотикам и преступности с 2010 года, дипломата Юрия Фёдорова, который ежегодно собственноручно подписывает обзоры о мировом фемициде. Его чудесная и спокойная карьера оплачена десятками тысяч женских жизней. В докладе об убийствах женщин и девочек, подписанном в 2019 году, статистику из которого мы используем в нашем докладе для сравнения коэффициентов фемицида в разных странах, данных по России нет.

Как интерпретировать полученные результаты? 1.89 по стране, 6.98 для Камчатского края, 4.49 для Ульяновской области – это много или мало? Почему в некоторых регионах, например, в СКФО, где распространены убийства чести, коэффициент стремится к нулю? Поскольку реального числа фемицидов мы не знаем, попробуем сравнить хотя бы российские КНФ-КНФи 1.89–1.63 с коэффициентами фемицида других стран, используя данные доклада ООН Gender-related killing of women and girls, выпущенного в 2019 году и подписанного российским дипломатом (данные 2016 года): Словения 0.0–0.2, Нидерланды 0.4–0.2, Италия 0.5–0.2, Испания 0.5–0.2, Канада 0.8–0.3, Исландия 0.6–0.4, Финляндия 0.8–0.4, Франция 1.0–0,3, Германия 1.1–0.4, Эквадор 2.2–1.0, Литва 2.9–0,5, Доминикана 3.2–1.6, Суринам 4.3–5.8, Белиз 8.1–2.7, Ямайка 9.3–0.9. Почему в России уровень фемицида выше, чем в демократических странах? Почему правовая ситуация для женщин в ДФО больше похожа на доминиканскую, а не на британскую?

Возможно, потому что в России нет эффективной государственной программы против насилия над женщинами? Нет министерства по делам женщин и равных возможностей. Нет ни одной российской женской организации, которая бы открыто и говорила о существовании в стране фемицида. Женщины почти не представлены на высоких постах. В Госдуме РФ есть Комитет по вопросам семьи, женщин и детей, а при Министерстве труда России создали Координационный совет и по гендерным проблемам, но они работают против прав женщин. Так, вышеупомянутый комитет ГД возглавляла Елена Мизулина, борец с абортами, «гей-пропагандой», усыновителями сирот, она же является автором закона о декриминализации побоев. Координационный совет при Минтруде не собирался уже 4 года.

Риск быть убитой мачистом у россиянки высок от рождения и далее в течение жизни только возрастает. Пожилой возраст жертвы фемицида – повод для общественного равнодушия («своё отжила»), а пожилой возраст убийцы женщины – повод для того, чтобы смягчить наказание. В случае, когда мужчина в гостях зарезал хозяйку квартиры, присяжные нашли, что из-за возраста он заслуживает снисхождения. «При назначении наказания были учтены смягчающие обстоятельства: явка с повинной, пожилой возраст, наличие хронических заболеваний, положительные характеристики, пояснили в пресс-службе Светлогорского горсуда…»

Огромное количество убийств совершают сыновья (147) и внуки (24) (интимные партнёры (593), знакомые (332), бывший интимный партнёр (73), близкий родственник (70), преступник (43), дальний родственник (15), бывший родственник (10), полицейский (1) при общем количестве случаев 1461). Партнёры из межпоколенческих интимных отношений, а именно молодые интимные партнёры женщин более старшего возраста, младше на 5 лет или более, (76) и пожилые интимные партнёры, старше на 5 лет или более, молодых женщин (148) делают значительную часть статистики фемицида. Это межпоколенческий абьюз с фемицидом в финале.

Для того чтобы проиллюстрировать степени общественной опасности разных типов фемицида: зарезал (ножом или другим режущим предметом), избил (руками, ногами или предметами), задушил, утопил, пожар (сжег жертву или дом), зарубил, расчленил, сбросил с высоты, застрелил, электричество, изнасиловал (когда умерла после изнасилования, изнасилование не исключается в предыдущих способах убийства), задавил на авто намеренно, пришлось применить нестандартную и неоднородную классификацию способов убийства женщин в России. Более жестокие способы поглощали (и не исключали) все остальные. Если женщина была зарезана и расчленена, в статистику попадало «расчленена». «Пожар» как социально опасный финал, по сути являющийся расширенным фемицидом (часто при нем гибнут соседи, эвакуируют дома), был избран в качестве максимума. Хотя по факту слово «пожар» также обозначало случаи, когда жертву обливали горючей жидкостью.

Надо помнить, что российская культура традиционно романтизирует и оправдывает многие способы и «поводы» для убийств и даже для расчленений (см. группа защитников расчленителя «Спасём Олега Соколова»), пестует мифы о романтической любви, любви до гроба, о найденных половинках, о смертельной ревности и верности, девственности, поруганной чести, героическом спасателе-защитнике. Объективизация женщины, клише о мести и возмездии, порнокультурные сказки. Реальные причины убийств на гендерной почве – это доминирование, ненависть, мизогиния, сладострастное удовольствие от подчинения и страданий других людей, необходимость которого, опять же, воспитывается гендерной социализацией по мужскому типу, общественно-опасной гендерной социализацией.

Некоторые категории статистики фемицида (например, «зарезал») не показывают степени жестокости. Зарезал означает и один удар ножом, и 160 ударов ножом. Проведите опыт, возьмите подушку и попробуйте ударить её 160 раз – хотя бы кулаком. Огромное количество женщин убито именно так, ударами кулаков. Но ещё чаще орудием убийства становится фаллический символ: нож, ружье, топор, палка, ножка от стула.


59 новостей о фемициде, сопряжённом с поджогом дома или сжиганием живой-убитой женщины, 31 новость о фемициде с расчленением, 536 зарезанных женщин, 482 женщины, избитых до смерти, 146 задушенных, 35 зарубленных, 49 застреленных, 18 сброшенных с высоты, 6 утопленных, 4 умерших при изнасиловании, 3 задавленных, 2 убитых электричеством, 1 обваренная кипятком, 1 оставленная без присмотра, 88, о способе убийства которых не известно… То, что нам кажется, немыслимым и исключительным (например, расчленение убитой) происходит регулярно, каждые две недели. Расстрел – почти каждую неделю. Фемицид – ежедневная реальность России, но мы не умеем думать об этом, мы привыкли жалеть убитых и покалеченных в войнах, погибших от репрессий, находящихся в тюрьмах по сфабрикованным делам.

В новостях мы видим множество параллельных психиатрических диагнозов у убийц: алкоголизм (640), наркоманию (28), садизм (67), другие расстройства (40). В 670 случаев мы обнаружили один диагноз, в 110 – два или больше, но сочетания не исключались ни в одной категории. Ревность как мотив была указана в 120 новостях. Социальные нормы, одобряющие доминирование, власть и контроль мужчин над женщинами являются основной причиной фемицида, в том числе отягощённого психиатрическими диагнозами. Алкоголизм, как и любая другая психическая болезнь, сам по себе не может быть причиной фемицида, доказательство этому – статистика европейских стран. Алкоголь высвобождает установку, которая была впитана человеком из социума. Наличие психического заболевания может быть обстоятельством убийства, а может и не быть. Зато фемицидная общественная система – непременное условие фемицида.

Дополнительный материал: Фемицид в Великобритании, шаблон поведения убийц женщин

Дополнительный материал: ЛА-протокол о фемициде.

Еще один парадокс: имена убийц публикуют чаще (203), чем имена жертв (174). Суд часто становится местом прославления преступника. Традиция забвения и сокрытия имён и историй жертв, которую прикрывают бережным отношением к чувствам родственников и другими сомнительными принципами или законами, – фемицидная. Информация по именам убитых и убийц должна быть открыта. Необходим открытый официальный государственный реестр насильников. Сокрытие имён жертв – это, кроме всего прочего, виктимизация, причём не только убитых, но и всех жертв мачистского насилия.

Фотомемориал жертв фемицида в России на сайте femicid.net

Есть расхожее мнение о том, что преступника останавливает не жестокость, но неотвратимость наказания. В случае фемицидов мы видим десятки рецидивов, досрочные освобождения, короткие сроки изоляции. Приговор за участие в митинге или репост может быть тяжелее, чем за убийство женщины. В 19% новостей говорилось, что убийства совершали люди, ранее имевшие проблемы с законом.

Преступники знают, что наказание будет незначительным даже в случае второго и третьего преступления против личности. Оставление на свободе после очевидного убийства, условный срок или освобождение в зале суда – это не редкость в делах о фемициде в России. Российское государство никогда не выплачивает достойные компенсации за фемицид ни родным, ни другим людям и сообществам, пострадавшим от фемицида. Требовать защиты можно только от Европейского суда, приговоры которого вот-вот станут для России необязательными к исполнению. Убийц в России почти никогда не приговаривают к компенсациям, и, если такое и случается, эти компенсации смехотворны. Дело Валерии Володиной (ЕСПЧ обязал Россию выплатить выжившей жертве насилия 25 875 евро: «В иске Володина указала, что полиция и суды Ульяновска, а затем и Москвы уклонились от исполнения своей обязанности преследовать ее сожителя, который ее избивал, угрожал ей и ее ребенку убийством, повредил тормозную систему в ее машине, отбирал ее документы и мобильный телефон, а также публиковал ее интимные фото в открытом доступе»).

Самое опасное место для россиянки – это её собственный дом (общее жилье – 466 случаев, жильё жертвы – 302 случая), дорога к дому или улица (69) (почти столько же убийств (68) было совершено в жилье убийцы). Небольшой процент убийств совершается в гостях (38), в лесу (24) и на берегу (20) (всё это с учетом 29 неизвестных мест преступлений). Нет мест, от которых женщинам надо держаться подальше в надежде не быть убитыми. Чтобы избежать фемицида, надо держаться подальше от мужчин.

Крайне редко в новости есть информация об изнасиловании (39), редко она учитывается во время следствия и суда. Мы подозреваем, что и в делах об убийствах женщин, особенно в делах об убийствах интимными партнёрами (мужьями) изнасилование не замечают, не упоминают – за исключением каких-то уж совсем запредельных случаев. В России до сих пор бытует мнение, что нельзя изнасиловать своего интимного партнёра. Считается, что в отношения с женщинами мужчины вступают прежде всего ради сексуальных контактов и секс – это то, что должно предоставляться в любой момент. А вопрос о согласии задается в лучшем случае только в день знакомства. Изнасилование, после которого жертва выжила, считается лёгким и недостойным внимания происшествием («не убил же», «ей наверняка понравилось»). Изнасилование женщин, вовлечённых в небрачную проституцию, – что-то вроде анекдота, ведь они просто корыстные женщины, живут в свободной стране и сами сделали свой выбор. Они должны обожать насилие.

Стена кукол, посвященная жертвам фемицида, Милан

Если изнасилования в момент фемицида на самом деле не было, то многие вообще не видят интимного компонента в убийстве. Даже если оно совершено интимным партнёром. Объяснить, что интимный фемицид охватывает огромный спектр убийств родственниками и знакомыми и почти всегда имеет патриархально-порнографически-патологическую природу, ещё сложнее. Кризисные центры не называют изнасилование сексом, и стоит иметь это в виду, создавая новые законы.

Считается удачей, если женская самозащита признаётся российским судом не убийством, а превышением необходимой самообороны. Связи насильника с другими мужчинами – представителями власти гарантируют безнаказанность пожизненного террора в отношении женщин. В пример можно привести не только дело сестёр Хачатурян. Любая попытка женщин сопротивляться, не говоря уже о попытках заявить права на собственное тело, вызывает мощное общественное осуждение. Тем временем новости о фемициде постоянно перемежаются с новостями о том, что ещё одна женщина получила срок за самооборону или за убийство домашнего садиста, который действовал безнаказанно десятилетиями. 21 ноября 2019 года появилась новость о том, что «в Перми завели уголовное дело на 15-летнюю школьницу, которая ударом ножа убила отчима. Перед этим мужчина избил девочку, её бабушку и подругу».

Посмотреть полный текст доклада можно здесь.

Путин и Россия.

20 лет

Виджет для Сноба

Реклама вертикальная

Тэги новости: Происшествия
Поделитесь новостью с друзьями