Новости в социальных сетях

Подпишитесь на нашу группу и читайте анонсы самых интересных новостей в любимой соцальной сети

ВКонтакте Одноклассники Facebook Twitter

Война всех против всех

Дата: 27 августа 2019 в 17:44


Война всех против всех

Константин Кочевников
Вечером 22 августа армия Сирийской Арабской Республики вошла в освобожденный от боевиков город Хан-Шейхун провинции Идлиб. Отряды спецподразделения «Силы Тигра» армии Башара Асада заняли Хан-Шейхун без боя — после выхода боевиков из города. Представитель Сирийской арабской армии (САА) объявил о полном контроле над городом. Члены бандитских формирований быстро отступали от Хан-Шейхуна, невзирая на заявления некоторых подразделений «Хайят Тахрир аш-Шам» о готовности сражаться до победного конца

Сирийские правительственные войска пытаются развить наступление в провинции Идлиб, которая является последним крупным оплотом исламистов в стране. Ранее Турция со своей стороны предприняла попытку остановить операцию сирийской армии, направив, в частности, колонну с оружием и боеприпасами для осажденных в городе Хан-Шейхун вооруженных формирований. Но сирийские ВВС обстреляли колонну.
От Анкары ждали объяснений, и они последовали. По версии турецкой стороны, автоколонна направлялась в Идлиб к одному из турецких наблюдательных пунктов, поскольку Идлиб, согласно соглашению с Россией, является «зоной деэскалации», находящейся под ответственностью как раз Анкары. В Анкаре утверждают, что заранее оповестили Россию о перемещении колонны и оставили за собой право принять необходимые оборонительные меры в случае повторения атак с воздуха сирийских самолетов.
По мнению политолога Георгия Бовта, такая ситуация опасна следующим.
После обстрела турецкого конвоя сирийскими ВВС глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу заявил, что Анкара «сделает все, чтобы обеспечить безопасность своих солдат», и что режим Башара Асада «играет с огнем». Отдельные же турецкие газеты нынешнее резкое обострение турецко-сирийских отношений и вовсе подают как предвестник полномасштабной войны. И России будет сложно остаться к ней безучастной. Хотя бы потому, что она многое поставила на поддержку официального Дамаска.
К тому же успех нынешней операции сирийских войск во многом обеспечивает поддержка российских ВКС. Удержать ситуацию под контролем и избежать прямых боестолкновений, в том числе в воздухе, можно только при налаженном взаимодействии и информационном обмене между российскими и турецкими военными.
Когда в прошлом году президенты Путин и Эрдоган договаривались о том, что «зона деэскалации» в Идлибе будет находиться под присмотром Турции, Москва предполагала, что Анкара, поддерживающая определенные исламистские группировки в Сирии, все же прижмет наиболее непримиримых джихадистов, собравшихся в провинции Идлиб, с тем, чтобы они, по крайней мере, перестали угрожать и обстреливать российские военные объекты в Сирии. Эти надежды не оправдались. Нападения на базу Хмеймим в Латакии продолжаются. В частности, турки так и не смогли вывести из демилитаризованной зоны террористов «Ан-Нусры». Она почти полностью и контролирует Идлиб. А раз не смогли, то Москва теперь дает возможность разобраться с ними сирийским войскам, поддерживая их с воздуха.
Для Турции победа на этом участке будет означать окончательную победу Асада, что для Анкары неприемлемо политически. При этом неприемлемо, чтобы войска Асада выбили джихадистов из Идлиба. Для Эрдогана потеря плацдарма джихадистов в Идлибе будет равносильна поражению во всей восьмилетней сирийской кампании, в ходе которой он всячески добивался свержения режима Асада. Во-вторых, сотни тысяч беженцев могут хлынуть в Турцию.
В этой ситуации прямое вооруженное столкновение между сирийскими и турецкими войсками становится все более реальным. И этот конфликт поставит под удар как наладившиеся личные отношения Путина и Эрдогана, так и российско-турецкие отношения в целом.
Следует помнить, что взаимодействие России и Турции идет и по линии строительства атомной станции «Аккую» и газопровода «Турецкий поток». Помимо сотрудничества в областях энергетики и туризма с Турцией связано огромное количество других интересов России, которые, если разобраться, куда важнее указанных. Развивается военно-техническое сотрудничество. С начала года Путин и Эрдоган встречались трижды. Россия поставила Турции зенитно-ракетные комплексы С-400, что взбесило американцев. Далее Эрдоган, настроившись на отстаивание своей жесткой линии в диалоге с Вашингтоном, в ответ на отказ США поставлять Турции уже закупленные новейшие истребители F-35 даже задумался о закупках российских истребителей Су-35.
В Сирии Эрдоган России не союзник, а скорее временный попутчик. И сценарий, когда в небе над Сирией российские и турецкие Су-35 противостоят друг другу, не такой уж невероятный.
К взаимоотношениям с Турцией России следует подходить весьма осторожно, особенно после 24 ноября 2015 года, когда турецкие ВВС сбили российский истребитель. С таким партнером как Турция приходится держать, как говорится, ухо востро. Не обольщаться и не испытывать уверенности. Турция, мягко говоря, своеобразный партнер.
В то же время турецкая экономика — особенно сейчас, под санкциями со стороны США — очень заинтересована в реализации «Турецкого потока», который позволит Турции стать южным газотранспортным хабом Европы и пустить часть газопроводных ниток в направлении Ближнего Востока. При этом Турции приходится балансировать между этим своим стремлением и недовольством США, которые создают препятствия России в связи со строительством «Северного потока-2» и южной нитки в Турцию.
И в этом отношении ситуация дала Турции достаточно козырей, чтобы использовать их как в противостоянии России и США и поднимать ставки, так и в реализации собственных целей, которые могут идти вразрез с интересами партнеров. Замысловатый восточный торг за вполне осязаемый бонус.
Эрдоган торгуется с США за свое новое место на геополитической карте с точки зрения присутствия и в Европе, и в НАТО, и гарантий инвестиций, и присутствия на посту президента, и с точки зрения отсутствия поддержки Гюлена. И один из главных драйверов — уверенность в том, что послевоенный раздел должен отдать Турции северные территории Сирии и Ирака. Там Турция планирует создать буферную зону от террористических организаций, главным образом курдских-сирийских, курдских-иракских, да и курдских-турецких.
Для понимания ситуации в Сирии, следует также учитывать нюанс признания Вашингтоном суверенитета Израиля над Голанскими высотами. США, к слову, единственные в мире, признавшие суверенитет Израиля над этой спорной территорией. Большая часть высот контролируется Израилем, восточная часть — Сирией. Как Израиль, так и Сирия считают Голанские высоты своей территорией. Совет Безопасности ООН признает эту территорию сирийской.
Во времена Османской империи Голанские высоты входили в состав вилайета Палестина, затем в состав Британского мандата в Палестине. А в 1923 году были переданы Французскому мандату в Сирии и Ливане. С 1944 по 1967 год Голанские высоты входили в состав сирийской провинции Кунейтра. Западную часть, или две трети территории, Израиль захватил в ходе Шестидневной войны в июне 1967 года, а в 1981 году в одностороннем порядке провозгласил суверенитет над этой территорией.
Совет Безопасности ООН не признал это решение (резолюция 497 от 17 декабря 1981 года). Фактической линией разграничения между Сирией и Израилем, которые де-юре пребывают в состоянии войны, остается нейтральная демилитаризованная полоса, в основном соответствующая Пурпурной линии — демаркационной линии между силами Израиля и Сирии по окончании Шестидневной войны. 25 марта 2019 года Дональд Трамп провозгласил признание США суверенитета Израиля над территориями Голанских высот.
Граница носит весьма условный юридический характер. Весь мир закрывал на это глаза, а Израиль прикрывался гарантиями со стороны США. Сейчас это признание было стремлением США подыграть Нетаньяху в преддверии выборов. Но это же обстоятельство подрывает безопасность в регионе. Израиль будет усиливать антииранскую, а в некотором смысле и антитурецкую, позицию.

Актуальный обзор обстановки и анализ расстановки сил в Сирии сделать достаточно сложно. Но за минувшие полгода сирийскому правительству Башара Асада при поддержке Ирана, России и движения «Хезболла» удалось в значительной степени улучшить позиции и установить контроль над 68 процентами территории.

 


Итак, кто
и чего добивается,
находясь в Сирии?
Как и предсказывали многие военные эксперты и политологи, с разгромом террористической группировки «Исламское государство» весь этот кошмар в Сирии не закончился. Турция пошла войной на сирийских курдов. В конфликт включился Израиль. Вооруженная оппозиция продолжает держаться на севере. И исламисты все так же нацелены на продолжение своего «джихада».
Россия, Иран и Ливан оказывают Сирии военную, финансовую и гуманитарную поддержку. И общими силами противостоят ИГ, его сторонникам и последователям.
Против ИГ также воюют США, Великобритания, Франция. Против ИГ выступают курды. Против ИГ воюет Турция.
Израиль ведет боевые действия против Сирии. Противником правительства Асада также является вооруженная сирийская оппозиция, поддерживаемая США и союзниками, с целью не дать Дамаску и Тегерану получить доступ к иракской границе.
Саудовская Аравия и Катар материально поддерживали ИГИЛ.


Россия, Иран
и Ливан
Цель России — уничтожение террористов «на дальних подступах» и разрушение системы, которая воспитывает радикалов, несущих угрозы светскому государству и его гражданам. Известно, что тысячи вступивших в ряды ИГИЛ и принявших радикальную идеологию, являются выходцами из Центральной Азии и России.
Иран также заинтересован в победе над исламским фундаментализмом. В сирийском конфликте следует читать религиозный подтекст. Сирийская правящая элита — алавиты, а иранцы — шииты. Это схожие мусульманские течения. Им противостоит другое исламское течение — суннизм. Сунниты склонны к радикализации ислама. Боевики ИГ — радикальные сунниты, спонсируемые из Саудовской Аравии и Катара.
Ливан воюет в Сирии против ИГ на стороне правительства Асада, направляя боевые отряды ливанской партии «Хезболла».
Сирийская арабская армия — Вооруженные силы Сирии численностью 102 тысячи человек. В ее составе три армейских корпуса, 12 механизированных и танковых дивизий, спецназ, пехотинцы, пограничники, ракетчики, артиллеристы и резерв. В ходе гражданской войны сухопутные войска серьезно пострадали. По состоянию на июнь 2015 года различные противоборствующие группировки отбили у армии до 400 танков (в основном Т-55 и Т-62) и около 200 БМП-1.
Авиационную группу ВСК Вооруженных сил России и другие подразделения ввели в Сирию 30 сентября 2015 года после заключения соответствующего соглашения с правительством Сирии и по просьбе последнего. Сирия предложила разместить на своей территории авиационную группу России бессрочно и безвозмездно передать под эти цели аэродром Хмеймим. Личный состав авиагруппы получает дипломатический статус.
К моменту ввода российских военных и начала операции ситуация в Сирии была катастрофической. Сирийской правительственной армии грозило поражение, Дамаск могли захватить, что привело бы к крушению и сирийского государства.
Террористические группировки и формирования вооруженной оппозиции атаковали крупные транспортные магистрали и находились на подступах к Хаме, Дамаску, Латакии, Эль-Хасаке, Эс-Сувейде. Это давало им стратегическое преимущество и контроль над целыми провинциями. Радикальные группировки к этому времени также контролировали большинство нефтяных месторождений. Под контроль террористов попали крупнейшие нефтяные запасы на территории от Ракки до Пальмиры и вблизи Дейр-эз-Зора. Правительственные силы были фактически прижаты к западной границе Сирии, а на севере участок линии фронта удерживали курды.

 


Турция
Демонстрирует довольно ясную позицию в конфликте — обезопаситься от курдов, которые мечтают о своем государстве, в том числе и за счет турецкой территории.
Операция Вооруженных сил Турции и протурецких формирований вооруженной сирийской оппозиции «Оливковая ветвь» (до 60 тысяч бойцов) началась 20 января 2018 года с целью вытеснить курдские вооруженные формирования из района Африн (западная часть Сирийского Курдистана) и создания буферной зоны на границе Турции и Сирии. Сирийские власти квалифицируют действия турецкой армии как агрессию и нарушение суверенитета Сирии.
Обострению обстановки предшествовали действия США, направленные на обособление районов с преимущественно курдским населением. Турция негативно восприняла заявления заокеанского партнера о создании в приграничных с Турцией районах Сирии неких «пограничных сил». В Турции заявили, что «бесконтрольные поставки Пентагоном современного вооружения проамериканским формированиям на севере Сирии, в том числе, по имеющимся данным, ПЗРК, способствовали быстрой эскалации напряженности в регионе и привели к проведению турецкими войсками специальной операции», добавив, что действия США ведут к срыву процесса мирного урегулирования в Сирии.
Позже пресс-секретарь президента Турции Ибрагим Калын говорил по телефону с советником президента США по национальной безопасности Гербертом Макмастером, после чего последний заверил, что впредь Вашингтон не будет поставлять оружие курдской партии «Демократический союз» (PYD) и Отрядам курдской самообороны (YPG). США фактически признали право Турции «защищать себя от терроризма» на территории Африна, хотя отряды YPG являются союзниками американцев и составляют основу «Сирийских демократических сил», вооруженных и финансируемых США.
В итоге американцы запретили бойцам других отрядов YPG, в особенности с территорий, которые совместно контролируются американцами и курдами (Эль-Камышлы, частично Эль-Хасеке, Манбидж, Ракка), идти на помощь афринским курдам.
Выступая в Анкаре 22 января, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что Турция достигла «соглашения» с Россией о проведении «антитеррористической операции» против курдов в сирийском Африне. В Москве отказались комментировать слова Эрдогана о наличии соглашения между Москвой и Анкарой. СМИ, однако, отметили, что в конце недели, предшествовавшей турецкой операции, Москву посетили начальник генштаба ВС Турции Хулуси Акар и директор национальной разведки Хакан Фидан, которые встречались с министром обороны Сергеем Шойгу и начальником Генштаба Валерием Герасимовым.
На следующий день Эрдоган обсудил по телефону с Путиным последние события в Сирии, в том числе операцию «Оливковая ветвь». Эрдоган подчеркнул, что «Оливковая ветвь» направлена на «освобождение Африна от террористических организаций» — курдской партии «Демократический союз», YPG и «Исламского государства». Тут следует подчеркнуть, что в отличие от Турции Россия не признает PYD и YPG террористическими организациями.
Есть мнение, что российское руководство пошло на уступки Турции в вопросе проведения военной операции против курдов, поскольку Турция своим влиянием на подконтрольные ей формирования среди умеренной сирийской оппозиции фактически позволила Асаду организовать в декабре-январе полномасштабное наступление против боевиков оппозиции и отрядов экстремистов из бывшего «Фронта ан-Нусра» на территории «Большого Идлиба» и значительно расширить контролируемые правительством территории в провинциях Идлиб, Хама и Алеппо. Турция удерживала подконтрольные ей группировки от полноценного участия в боях, в результате чего сирийская армия смогла вернуть под свой контроль город и военный аэродром Абу-Духур и взять в кольцо мощную антиправительственную группировку на стыке границ трех провинций. Говорилось также и о том, что в обмен на согласие передать Африн подконтрольным Турции формированиям Россия рассчитывала на дополнительные встречные шаги. Например, на широкое участие протурецких оппозиционных группировок в конгрессе сирийского национального диалога в Сочи.
Представители сирийских курдов заявляли, что Россия предлагала им передать контроль за Африном сирийским правительственным силам в обмен на предотвращение турецкого вооруженного вмешательства, но курдов это не устроило. Курдская партия «Демократический союз» отказалась участвовать в конгрессе сирийского национального диалога в Сочи и выполнять договоренности, которые там будут достигнуты.

США
и европейские
союзники
Кроме войны с террористами своей целью ставили свержение режима действующего президента Башара Асада. Но после вмешательства России эту цель пришлось скорректировать. Но эксперты называют и другую негласную цель США — закрепиться в Сирии, чтобы усилить свое влияние на регион. США сделали ставку на курдов. В 2018 году из оборонного бюджета США выделили около 1,8 миллиарда долларов на тренировку американских союзников в Сирии. То есть даже после разгрома ИГ Вашингтон постарается оставаться в Сирии, как это происходит в Ираке и Афганистане.

Курды
Курды в основе своей оппозиционны сирийским властям. Несмотря на это, вооруженные курдские отряды считаются одной из эффективнейших сил по борьбе с террористами. Заручившись на определенном этапе поддержкой США, они смогли нанести боевикам мощный удар и закрепиться в нефтеносных районах страны. Курды добиваются создания автономии с широкими правами, а в идеале — собственного государства.

Израиль
Официально не участвует в сирийском конфликте. Но на правах сопредельного государства регулярно вмешивается в ход событий. Ситуация начала усугубляться, когда в Сирию на помощь пришли Иран и проиранская «Хезболла» из Ливана. Тогда в израильском Минобороны прямо заявили, что они пойдут на что угодно, но не допустят того, чтобы Тегеран, который считает своим «врагом номер один» Израиль (и наоборот), закрепился возле израильских границ.
По мнению журналиста Максима Шевченко, именно Израиль и Саудовская Аравия стали продюсерами сирийской войны. Они ее и разжигали, преследуя разные цели. Для Израиля это уничтожение Сирии под руководством Башара Асада — последнего режима, который оказывает всецелую поддержку палестинскому движению сопротивления.

Поделиться:

По сообщению сайта Новое поколение

Поделитесь новостью с друзьями