Новости в социальных сетях

Подпишитесь на нашу группу и читайте анонсы самых интересных новостей в любимой соцальной сети

ВКонтакте Одноклассники Facebook Twitter

Только 1 человека из 1000 подсудимых суды оправдывают в Казахстане. Что об этом говорят юристы

Дата: 07 августа 2019 в 11:34


Только 1 человека из 1000 подсудимых суды оправдывают в Казахстане. Что об этом говорят юристы

Выступая с отчетом за первое полугодие 2019 года, председатель Верховного суда Жакип Асанов заявил, что казахстанские суды стали чаще оправдывать. За полгода были оправданы 152 человека, из них 88 оправданы по тяжким преступлениям, 13 – особо тяжким. В 2017 году за такой же период было оправдано 28 человек, 11 по тяжким, 1 – особо тяжким. Главный судья отметил, что это связано с преодолением обвинительного уклона в судах. «Мы стали ближе к правосудию. Лучше оправдать 10 виновных, чем осудить одного невиновного», — заключил Асанов.

ДЖОХАР УТЕБЕКОВ

Почему прирост оправдательных – это прорыв судебной системы

«В этом году у нас наметился прорыв в ситуации с оправдательными приговорами. Статистика в этом плане неумолима – она выросла. В сравнении двух полугодий 2018 и 2019 годов, прирост составил 2,3. Это звучит внушительно. Однако здесь важно замерить точку отсчета. Она на деле низкая. Уже много лет в Казахстане количество оправдательных равняется 1 случаю из 1000. Юмор в том, что при Сталине этих приговоров было намного больше. Это ни в коем случае не обеление той эпохи. Даже в 1937 году условно вор получал шанс на оправдательный приговор в 1 из 10 случаев. При Хрущеве ситуация изменилась. Партийные руководители задумались, почему это суд не борется с преступностью наравне с другими органами. Тогда доктрина приравнивала суд к правоохранительным органам. И ситуация резко ухудшилась. Если при Хрущеве количество оправдательных равнялось 2-3%, то при Брежневе упало до 1%. Так держалось до конца советского времени. Независимый Казахстан превзошел все эти показатели. У суда еще более усилился обвинительный уклон. Поэтому, когда мы говорим, что произошел хоть небольшой, но прирост оправдательных приговоров, то это – прорыв. Кроме того, радует, что в этом полугодии уголовных дел стало меньше».

Почему казахстанские суды мало оправдывают

«Опасения вызывает то, что этот тренд, когда мы заговорили об оправдательных, исходит лично от председателя Верховного суда. Боюсь, это завязано на персоне одного человека. Я сомневаюсь, что это прочувствовали судьи местных судов. Не думаю, что они преодолели обвинительный уклон и сочувствие к правоохранительным органам. До сих пор остается проблемой то, что большинство судей – это выходцы из правоохранительных органов. Профессиональная деформация в силовых структурах неизбежна. Становясь судьями, вчерашние следователи, прокуроры и даже оперативники, в любом случае, настроены против обвиняемого. Второе, большинство судей —бывшие сотрудники судебной системы: секретари, люди из канцелярии суда. Опять же, они не имеют нужного опыта по работе с уголовными делами и склонны доверять мнению правоохранительных органов. Из этого можно сделать вывод, что обвинительный уклон сохраняется на всех уровнях: от местных судов до Верховного суда».

Почему важно говорить об оправдательных приговорах

«Говорить об оправдательных приговорах на всех уровнях — и на профессиональном, и на обывательском — крайне важно. То, что люди не понимают этого, говорит о низкой правовой грамотности общества. Дело в том, что каждый человек может столкнуться с этой системой, машиной, которая перемалывает без тени сожаления. Просто не дает человеку возможности оправдаться. Если обратиться к профессиональному мнению, то любой адвокат скажет вам, что у нас катастрофически не хватает оправдательных приговоров. За семь лет моей практики адвокатом по уголовным делам у меня по делам публичного обвинения был всего один оправдательный приговор. Думаю, это не значит, что я плохой адвокат. Я знаю немало судей по уголовным делам, которые за всю карьеру не вынесли ни одного оправдательного приговора. На одной конференции адвокатов с участием зарубежных коллег столкнулся с тем, что они никак не понимали, почему мы обсуждаем цифры оправдательных приговоров. У них в голове не укладывалось, что у нас оправдательных приговоров просто нет. 1 из 1000 в процентном соотношении означает именно это – у нас нет оправдательных приговоров. Они не могли понять, как это казахстанские адвокаты не побеждают в судах».

Как стимулировать увеличение числа оправдательных приговоров

«Увеличение оправдательных приговоров — не сама цель, суд должен обеспечивать законность. Это общий демократический тренд. Мы должны следовать стандартам западного цивилизованного мира, где количество оправдательных приговоров никак не равняется 1 из 1000. Два краеугольных камня – кадровая реформа и стимулирование судей к оправдательным приговорам. Первое предполагает обновление, омоложение судейского состава, приход в систему лиц, которые не связаны с таким обвинительным уклоном. У нас непрозрачный кадровый набор и конкурс на судейские должности. Мы не понимаем, как прошел отбор. Мы не понимаем, почему один стал судьей, в чем он лучше остальных кандидатов. Второе — изменения судейской парадигмы, судейского мышления. Если мы откроем уголовно-процессуальный кодекс, там ведь не написано, что судья должен всеми силами не выносить оправдательный приговор, как это происходит на практике. Наоборот, там установлена презумпция невиновности. Если вина человека не доказана, то суд обязан оправдать. Даже если судья уверен, что подсудимый виновен, но доказательств не хватает или они собраны незаконным путем, путем пыток, то он обязан оправдать человека.

Меня радует, что Асанов одной из проблем объявил следственные суды. Это суды, которые следят за законностью действий следствия на стадии досудебного расследования, пока дело не поступило в суд. Следственные суды стали чаще удовлетворять жалобы на прокуратуру. Я вчера только выиграл дело в следственном суде Нур-Султана у генеральной прокуратуры, а месяц назад – у КНБ. Три года назад это было невозможным. 

Из свежедемократизированных стран яркий пример – Грузия. Количество оправдательных приговоров после Революции роз сразу же увеличилось с 4 до 8%. В Грузии, кроме кадровых реформ, было реформировано важное направление – это суд присяжных. Участие населения в суде присяжных очень важно. Не только потому, что в одном конкретном кейсе восторжествует правосудие. Но и потому, что человек, который побывал присяжным, получает своего рода курс молодого бойца, базовый правовой всеобуч. Он узнает детали уголовного судопроизводства, как собираются доказательства. Начинает понимать, что не все подсудимые – виновные; не всегда полиция и прокуратура работают идеально. Присяжные более склонны оправдать человека по понятным причинам. Приходят простые люди. Они видят, что прокурор косноязычен, не может обосновать обвинение в адрес человека. Видят, что следствие явно сфабриковало доказательства. Видят, что человек, скорее всего, не виновен. Зачем им брать грех на душу? Они и оправдывают».

СЕРГЕЙ УТКИН

Что такое состязательность сторон в судебной системе

«Раньше был третий вид приговора — «остался под подозрением». Сегодня этого «недоприговора» нет в большинстве стран. Судьи ранее, условно до Асанова, выносили по таким делам обвинительные приговоры. То есть, если на сто процентов не доказана невиновность, значит, виновен. Как должно быть по Конституции и уголовно-процессуальному кодексу? В таких случаях должны оправдывать. Потому что у нас действует презумпция невиновности. Это значит не только то, что человека нельзя назвать виновным, пока не доказано обратное. Но и то, что любые сомнения толкуются в пользу обвиняемого. По Конституции оправдательных приговоров должно быть больше, чем обвинительных.

Полиция и прокуроры должны понимать, что любую вину надо доказать. Если ты поймал человека с наркотиками, а он говорит, ему подкинули. Ну какие это доказательства? Если вы понимаете, что он реально занимается сбытом наркотиков, проводите против него оперативно-розыскные мероприятия; записывайте видео, аудио. Должны быть бесспорные доказательства.

Однажды я случайно попал на слушания по одному уголовному делу. Просто заглянул по приглашению знакомого судьи. Я говорю ему: «Явно ведь подстава. Надо оправдывать». Он говорит: «Я вижу. Если я оправдаю сегодня, то завтра эти полицейские мне придумают такое же». Полиция, прокуратура, суд – это одна большая единая система, работающая согласованно друг с другом. Судья – это маленький винтик в ней. В идеале должен быть конфликт интересов у следствия, прокуратуры и суда. Судья должен критически подходить к работе следователя. Адвокат должен искать недочеты в работе следствия. Судья должен на эти замечания, на все эти несоответствия закону реагировать очень четко и давать оценку. Если плохо поработали — давать оправдательный приговор. Следователи и прокуроры, по идее, должны обижаться на судей. У нас нет такого конфликта. Они все – одна шайка-лейка. Председатель областного суда, председатель областной полиции, областной прокурор вместе ходят в баню, вместе пьют. Такого не должно быть. Я вам только про один уровень сказал, а так происходит на каждом. Будут оправдательные приговоры, эти конфликты сами по себе начнут возникать. Общество от этого только в выигрыше».

Материал подготовила Томирис Жолдасова

По сообщению сайта NewTimes

Поделитесь новостью с друзьями