Новости в социальных сетях

Подпишитесь на нашу группу и читайте анонсы самых интересных новостей в любимой соцальной сети

ВКонтакте Одноклассники Facebook Twitter

«Дорогая Айрис!»: ненаписанное письмо в столетний юбилей Айрис Мёрдок

Дата: 14 июля 2019 в 15:37


\"Дорогая Айрис!\": ненаписанное письмо в столетний юбилей Айрис Мёрдок

15 июля исполняется 100 лет со дня рождения английской писательницы и философа Айрис Мёрдок. В этом году отмечается еще одна, связанная с ней круглая дата, — 20 лет со дня смерти. В чем своеобразие ее творчества?

Чудесно, когда твое время жизни соприкасается с классиком, которого ты любишь и ценишь. Первое, что я собиралась сделать, приехав в Англию и распаковав вещи, это написать письмо Айрис Мёрдок.

Это желание родилось сразу по прочтении ее первого (для меня) романа — выразить любимому автору свое признание и порадовать (как мне думалось) тем, что даже в далеком Советском Союзе у нее есть восхищенные поклонницы, — но окончательно оформилось в реальную возможность только уже у нее на родине, где она и ее герои сразу стали еще ближе и понятнее.

«Уважаемая мисс Мёрдок»? «Дорогая миссис Бейли»? Впрочем, я не была уверена, что она носила фамилию мужа. Или просто: «Дорогая Айрис»? Но удобно ли так обращаться к именитой писательнице, с которой я лично не знакома?

Пока я подыскивала подходящее обращение, сомневаясь по ходу дела в нужности всей этой затеи, Айрис Мёрдок не стало, а лондонские книжные магазины оказались наводнены переизданиями ее романов. Я купила себе тот, с которого началась моя собственная к ней привязанность, и с замиранием сердца впервые прочла его в оригинале, постоянно прерываясь и сравнивая с тем самым первым ощущением, которое вызвала у меня эта книга.

Я — подросток с журналом «Иностранная литература» в руках, единственным советским «окошком» в далекий западный мир, где писатели с красиво звучащими именами пишут обо всем на свете, но самое главное — о любви во всех ее проявлениях, чего так не хватает мне в моей родной литературе.

Именно там я обнаруживаю роман Айрис Мёрдок «Черный принц», который станет для меня не только любимым, но и в большой мере определяющим и разъясняющим все ее творчество. С самого начала там что ни фраза, то афоризм, который так и просится в отдельную тетрадку умных мыслей.

К каждой мысли хочется возвращаться и размышлять над ней снова и снова, а ты еще не достиг и пятой страницы, а повествование увлекает вперед.

Читая этот роман впервые, я, разумеется, даже не догадывалась о скрытых гамлетовских гомоэротических смыслах, заложенных в названии, в сюжетном развитии и в имени таинственного «издателя» мистера Локсия.

Более того, по детскому невежеству, не зная, что имя Айрис женское, я решила, что писатель — мужчина и главный герой Брэдли Пирсон — это его альтер-эго, поскольку разве может женщина так глубоко вникнуть в мужской менталитет? Как оказалось годы спустя, я была не так уж далека от истины, поскольку Мёрдок саму себя определяла как «гомосексуального мужчину в женском обличье». Она вообще склонна была больше выделять общечеловеческое, чем мужское или женское, задолго до появления термина «гендерная флюидность».

Фамилия главного героя, Пирсон, тоже имеет в себе скрытые смыслы: это, во-первых, частичная анаграмма фамилии Шекспира, а, во-вторых, частный курьез: однажды, перепечатывая философскую рукопись Мёрдок, ее машинистка на протяжении всей работы философскую категорию «Разума» расшифровала как личную фамилию «Пирсон» (по-английски Reason — Pearson).

Как и многие другие замечательные книги, читать это произведение можно на разных уровнях: как любовный роман (что и было увидено в первую очередь мной-подростком), как детектив, как роман-эссе о сути искусства вообще и литературы в частности; как морально-этическую притчу.

Этим, в частности, Мёрдок близка Достоевскому. Сюжеты в ее романах развиваются с захватывающей дух интригой, но не в ущерб интеллектуальной составляющей: ее героев, как и героев Федора Михайловича, постоянно занимают отвлеченные идеи и философские рассуждения, но обуревают их реальные страсти, с которыми они не в силах совладать и от которых идеи «не лечат».

Но именно идеями занималась всю жизнь Мёрдок, будучи дипломированным философом, преподававшим этот предмет в Оксфорде; идеями и людьми, которых она наблюдала и описывала в своих многочисленных романах. По признанию ее мужа, она никого никогда не находила скучным или неинтересным.

В биографических воспоминаниях о ней (лучших, на мой взгляд) «Айрис Мёрдок такая, какой я ее знал» писатель А.Н. Уилсон признается, что рядом с нею «ты сразу осознавал, что находишься в присутствии человека, не такого, как все».

«Ясно, что она была очень умна, но ты в жизни встречал и других умных людей. В ней чувствовалась особая глубина. Глубина понимания. И ты также ощущал, что помимо простой внимательности и наблюдательности, АМ [Уилсон на протяжении всей книги величает ее инициалами] заглядывала в такие душевные закоулки своих друзей, о которых они, возможно, и сами не догадывались. Это были те самые закоулки, где принималось решение, быть ему хорошим или плохим человеком. Ты чувствовал в присутствии АМ духовную силу», — пишет Уилсон.

В этом свидетельстве есть своего рода парадокс: писатель, чьи герои одержимы плотской страстью, про кого однажды было сказано, что Айрис «ляжет в постель практически с кем угодно», причем обоих полов, была полна духовности и поиска «смыслов», как сказали бы сейчас.

Эндрю Уилсону в этом можно доверять, поскольку он стал другом дома еще в свои студенческие годы, когда учился под руководством ее мужа, оксфордского профессора Джона Бейли, и не только другом дома, но и восхищенным поклонником таланта Айрис Мёрдок и даже кем-то вроде приемного сына у бездетных наставников.

«Некоторые ее романы — или даже так: отдельные части большинства ее романов? — лучшее из того, что написано в Англии на моей памяти», — считает Уилсон, к которому Мёрдок, поняв, что издательство настаивает и без чего-то подобного не обойтись, сама обратилась с просьбой написать ее биографию.

Растаскивать на составные части своего кумира задача не из приятных, но Уилсон делает это нетрадиционным образом, пытаясь не идти по простой хронологии дат, а понять главное — этапы эмоционального и духовного становления своей героини.

Проследить прямые параллели между фактическими событиями в жизни Мёрдок и перипетиями ее героев непросто; она не из тех романистов, кто переносит на бумагу пережитое.

И все же есть набор образов и тем, к которым она обращалась постоянно и ключи к пониманию которых лежат в ее собственной жизни.

Нет, в ее романах нет никаких множественных «оттенков серого», но есть тонкое и точное описание того полумистического состояния, в котором пребывает человек, который только что влюбился.

Физическое и эмоциональное потрясение, переживаемое 58-летним Брэдли Пирсоном в лондонском Сохо, понятно всем, на кого когда-либо сходило откровение в виде новой влюбленности.

Почему ее герои беспрестанно одержимы страстью, сексуальным влечением?

«Она видела это как важную составляющую сути человека, она знала, как это важно», — полагает Энн Роу, доцент кафедры английской литературы и директор архива Айрис Мёрдок в Кингстонском университете в Лондоне.

В недавнем радиоинтервью Би-би-си Роу сказала по этому поводу: «В основном, период жизни человека, когда он совершает неблаговидные поступки, приходится на тот момент, когда мы одержимы плотской страстью к кому-то, когда страсти накалены. Она [Мёрдок] знала это по собственному опыту, таким она видела мир, и именно поэтому ее романы полны сексуальных переживаний».

Почти всегда в ее романе есть любовная путаница; там каждый одержим страстью, но, как правило, не к тому человеку.

Герои, пребывая до поры до времени в пузыре собственных иллюзий, идут по ложному любовному следу или же сами становятся жертвами домогательств и интриг, отчего любовная фабула превращается почти что в детективную.

Мы еще не видели висящего ружья, но уже слышим залпы.

«Она была хорошо осведомлена о тёмных сторонах человеческой души. Но она описывает не только ту радость и то удовольствие, которое приносят подобные отношения, но также и то разрушение, которое они могут причинить», — поясняет Энн Роу.

Каждый ее роман — это роман-квест, где счастье, покой, «сбыча мечт» были так близко, а оказались наглухо заперты.

«Уникальность Айрис Мёрдок для меня в том, насколько потрясающе она передает суть глубинной человеческой психологии со всей ее неразберихой и расчетом на случай и стечение обстоятельств», — признается Майлз Лисон, глава научно-исследовательского центра по изучению наследия Айрис Мёрдок в университете Чичестера. — Она заставляет своих читателей смотреться в зеркало, через своих героев показывая им их недостатки, и предлагает пути, которые сделают нас лучше».

Еще задолго до того, как «Молодой папа» в образе Джуда Лоу сделал религиозные борения «секси», многие герои Айрис не менее интересно сражались с собственными демонами неверия.

Как поверить в божественное в отсутствии бога? Как современному человеку понимать фигуру Христа? Что есть Добро и как человеку поступать нравственно, если ничто на свете не имеет значения? Можно ли быть христианкой и не верить в бога?

Все эти вопросы, нечасто проникающие на страницы художественной литературы, напрямую поднимаются в таких романах как «Колокол» (который многие критики считают ее лучшим), «Единорог», «Время ангелов», «Честный проигрыш», «Генри и Катон», «Монахини и солдаты», «Ученик философа».

Ей удавалось описать в светском романе религиозные настроения так, что это не пролистывалось, к примеру, читателем-атеистом, поскольку для многих ее героев вопрос веры не был прямолинеен, как, вероятно, и для нее самой.

Как проницательный человек, да и к тому же философ, она видела, что в мире есть масса людей, не вполне вписывающихся в мирскую суету. Но способны ли они при этом уйти в веру, и, главное, способна ли вера — то есть церковь — их принять?

Эндрю Уилсон в своей книге называет Айрис «религиозным атеистом» и приводит следующую цитату из ее философской работы, написанной в поздние годы, «Метафизика как путеводитель по морали»:

«Ни одна из существующих вещей не может быть тем, что мы подразумеваем под Богом... Бога нет и не могло бы быть. Но то, что заставило нас его придумать, существует и постоянно проявляется и ощущается».

В этой последней фразе практически толстовская вера в имманентную нравственность всего живого.

Во всех мёрдоковских романах присутствует некая магия. Не в виде летающих драконов (это было бы слишком просто), а в виде совпадений, странных случайностей, таинственных знаков, предвосхищающих проявление скрытых желаний или намерений ее героев.

Это то самое необъяснимое — из области снов и подсознания, — что вплетено в ткань жизни и с чем сталкивался практически каждый из нас.

В произведениях Айрис есть также повторяющийся образ властного мужчины-философа (иногда теолога или писателя), насаждающего свою волю, причем порой жестоко, тем, кто ищет у него, как у древнего чародея или прорицателя, защиты от пугающего будущего.

Однако этот, обладающий недюжинным интеллектом, современный альфа-маг не в состоянии сместить фокус внимания и выйти за пределы собственной вселенной, центром которой является он и только он. Интеллект и знания в мёрдоковской системе отсчета способны творить волшебство, но только если к ним добавляется еще один важный ингредиент — Добро, а этого как раз недостаёт властным мужчинам.

В жизни Айрис Мердок было много мужчин и много философов (учитывая сферу ее профессиональной деятельности), но биографы выделяют два непререкаемых авторитета, повлиявших на ее становление, — ее учителя и наставника философии Дональда Маккинона и мыслителя и писателя Элиаса Канетти.

Оба требовали чуть ли не раболепного поклонения, один — интеллектуального, второй и физического тоже.

Канетти, как пишет Эндрю Уилсон, был жестоким человеком и в жизни, и в сексе, да к тому же еще и эмоциональным садистом, заставляя свою жену нести вахту в соседней комнате во время его утех с Айрис и приносить им потом кофе в постель.

«В некотором смысле АМ никогда не смогла разорвать чары Канетти, несмотря на то, что их роман завершился еще в 1950-х», — полагает Уилсон, допуская, что только в браке с Бейли она, возможно, обрела некое подобие успокоения.

Было еще важное знакомство с мастером словесной игры, французским интеллектуалом и литератором Раймоном Кено. С ним Айрис встретилась после Второй мировой в лагере для беженцев в австрийском Инсбруке, где она работала от Администрации помощи и восстановления Объединенных Наций (UNRRA), а Кено прибыл на литературную конференцию.

Ему она посвятила свой первый роман «Под сетью», своего рода стилизацию под новеллу Кено «Пьеро, мой друг», однако маститый литератор посвящения не оценил, и их завязавшаяся было дружба угасла. Как не удалось ей сохранить дружеских отношений ни со своим первым философским гуру Маккиноном, ни с Канетти.

Этот образ сильного властителя дум будто переместился в ее книги и не только в персонажи, но и в голос автора. Неслучайно, у Мёрдок шесть романов, написанных от мужского первого лица и ни одного от женского.

Есть жестокая ирония в том, что столь пронзительно ясный философский ум под конец жизни угас под воздействием тяжелой деменции.

Но еще большая жестокость заключается в том, что все мельчайшие физиологические подробности сползания Айрис в состояние неконтролируемого младенчества оказались задокументированы ее благоверным супругом, профессором Джоном Бейли, и опубликованы еще до ее смерти, а вскоре после и экранизированы в фильме «Айрис».

Бейли написал не одну, а целых три книги воспоминаний о своей знаменитой супруге. Какие-то добрые души посчитали эту небывалую откровенность формой оплакивания, чем-то вроде психотерапевтического экзерсиса после тяжелой утраты, а другие назвали местью за то, что он всю жизнь находился в тени ее славы.

Но брак, как следует из романов Мёрдок, так же непознаваем, как и все мироздание. Один из ее героев, Перегрин из романа «Море, море», убежден, что любой брак основан на страхе и подчинении.

Как бы то ни было, но в результате выхода этих мемуаров, а затем и фильма «Айрис» с Кейт Уинслет и Джуди Денч в главных ролях, сама фигура героини в глазах широкой общественности свелась к визитной карточке болезни Альцгеймера.

Ее фото стали публиковать на брошюрах, рассказывающих о симптоматике этого заболевания так, как если бы вся значимость Антона Павловича Чехова в русской культуре свелась к важности прививок от туберкулеза в раннем возрасте.

К счастью, сейчас, к 100-летию со дня ее рождения, появились новые интересные публикации о ней, в родном для нее Оксфорде проходит специальная выставка в ее честь и вновь переиздаются ее романы.

Их много, они, наверное, не все одинаково важны и не всегда ровно написаны, но это случается со многими большими художниками.

Не устарели ли они сегодня?

«В некотором смысле ее романы отвечают тому времени, в которое они были написаны; ее герои в основном принадлежат к одной и той же социальной прослойке [интеллектуальный английский средний класс]. Однако вечные вопросы, которые в них рассматриваются — сексуальность, личные драмы, горе, чувство вины, любовь и так далее так же важны сегодня, как и во время их написания», — полагает Майлз Лисон.

Майлз является также основателем и модератором группы любителей творчества Айрис Мёрдок в «Фейсбуке», и это сообщество, что особенно приятно, постоянно пополняется новыми людьми разных поколений.

«Люди узнают себя в ее романах, они понимают ее героев. Они понимают, что то, о чем она пишет, имеет значение и важно и в их жизни. И именно поэтому у нее сменилось уже несколько поколений читателей. И хотя ее романы отражают время, в которое они были написаны, они также принадлежат и XXI веку тоже. Её герои увлекают. Она понимала человеческую суть, как Шекспир», — полагает Энн Роу.

Айрис сказала как-то о Шекспире, что ни одна из высоколобых теорий о нем не работает, не потому что он был таким божественным, а потому что был очень человечным. То же самое можно сказать о ней самой.

Ее герои часто безрассудны, порой безжалостны или откровенно смехотворны, при этом ее книги дарят то редкое чувство умиротворения, которое испытываешь во время неспешной беседы с мудрым близким человеком, готовым вобрать все твои секреты и дать тебе хотя бы временное успокоение.

По сообщению сайта BBC Russian

Поделитесь новостью с друзьями