Новости в социальных сетях

Подпишитесь на нашу группу и читайте анонсы самых интересных новостей в любимой соцальной сети

ВКонтакте Одноклассники Facebook Twitter

50 лет назад: Джон, Йоко и «миру мир» в отдельно снятом номере-люкс

Дата: 26 марта 2019 в 02:27


50 лет назад: Джон, Йоко и \"миру мир\" в отдельно снятом номере-люкс

Ровно 50 лет назад Джон Леннон и Йоко Оно устроили лежачий протест в амстердамском отеле «Хилтон», пропагандируя мир и ненасилие и требуя окончания войны во Вьетнаме. Помог ли он делу мира и что он значил для поп-культуры в целом?

«Приходите, репортеры, я вас чем-то угощу»

20 марта 1969 года Джон Леннон, в то время еще бывший членом группы «Битлз», и японская художница-авангардистка Йоко Оно скромно поженились в Гибралтаре.

Поженились скромно, но к их браку все равно было привлечено всеобщее внимание, поскольку на тот момент широкой общественности уже было известно о раздорах среди битлов, за что поклонники в немалой степени винили именно Йоко. Как и в распаде первой семьи Леннона.

Молодожены решили не отмечать обычный медовый месяц (что было бы слишком мещанско-буржуазным), а пригласить к себе третьим в постель мир во всем мире. То есть раскрутить идею мира как рекламируемый товар.

Они созвали в свой президентский (как он тогда назывался) номер гостиницы «Хилтон» журналистов из разных международных изданий.

Из номера по их требованию была вынесена вся мебель, кроме двуспальной кровати, а на стенах развешаны нарисованные Джоном и Йоко плакаты.

Вот, что говорил об этом сам виновник события в сборнике Anthology: «Мы послали открытки «Приходите на медовый месяц к Джону и Йоко: лежачий протест, амстердамская гостиница». Вы бы видели лица этих репортеров и фотожурналистов, поваливших к нам в номер! Потому что, как бы там ни было, но в головах у людей было то, что они думали увидеть. И когда они оказались в номере, у них лица вытянулись. Мы лежали в постели, как два ангела, окруженные цветами с мыслями о мире и любви».

Подтекст таков: то есть ничего скандального на букву «с» журналисты не увидели, хотя за несколько месяцев до этого эта пара выпустила свой первый диск Two Virgins («Два девственника»), сфотографировавшись на его обложку в голом виде.

Почему именно тогда?

Ведь война во Вьетнаме на тот момент продолжалась уже 13 лет, и шансов на то, что заступивший за два месяца до этого на пост президента США Ричард Никсон вдруг возьмет да и прислушается к двум представителям артистического мира, была ничтожной.

Но незадолго до своего лежачего протеста они получили письмо от британского режиссера-документалиста Питера Уоткинса, известного своими пацифистскими взглядами и, в частности, фильмом 1965 года The War Game («Военная игра»).

Как рассказывал сам Леннон, Уоткинс писал, что у таких людей, как он и Йоко, есть гражданский долг использовать СМИ для борьбы за мир во всем мире.

«Мы обмозговывали это письмо недели три. Мы думали, что и так делаем, что можем. Ведь все, что тебе нужно, чувак, это любовь. Но это письмо как-то нас раззадорило. Как будто мы получили личный инструктаж за мир», — рассказывал Леннон позднее.

Во-вторых, это дало возможность Джону и Йоко сблизить свои артистические карьеры, причем сделать это публично, поскольку Леннон, несмотря на свой мятежный нрав и резкие высказывания, все же в качестве битла был любимцем нации, а не политическим активистом (хоть «Битлз» и высказывались против войны во Вьетнаме).

Тогда как Йоко Оно в публичном пространстве занималась как раз перфомансами такого рода. Но до их сближения о ней мало кто знал.

Ну и потом, было в этом что-то былинное и немножко мюнхаузеновское, что должно было импонировать Джону — провести свою медовую неделю на виду у всех в борьбе за мир, не вылезая из койки с любимой женщиной.

Вовсе не потому, что там есть известный квартал красных фонарей.

Как вспоминает в своей новой книге And In The End: The Last Days of Beatles журналист Кен Макнаб, знавший их в расцвете славы, прибыв из Гибралтара в Париж, чета Леннонов-Оно встретила там голландца Ганса Боскампа.

Боскамп вращался в музыкальных кругах и убедил их ехать в Амстердам, чтобы там устроить свой мирный протест.

«Он [Леннон] был очень озабочен войной во Вьетнаме. Когда он сказал мне: «Я хочу сделать что-то, выступить против войны», я сказал ему: «Тогда тебе надо ехать в Амстердам. В Амстердаме «власть цветов» [движение хиппи за любовь и свободу, стартовавшее летом 1967 года в Калифорнии] все еще очень-очень», — цитирует Боскампа Макнаб в своей новой книге.

«Мы думали, что Амстердам был подходящим местом, потому что там интерес был еще свеж, — объясняла сама Йоко Оно. — Мы думали, что вместо того, чтобы идти воевать или что-то в этом роде, мы просто не должны вставать с кровати: все должны просто валяться в постели и наслаждаться весной».

Но за этим романтизмом были и вполне прагматичные соображения: европейская пресса была гораздо более сдержанной, чем британская, которая на тот момент уже успела понаписать всякие гадости про Йоко-разлучницу.

Любовью они не занимались. Во всяком случае, на публике.

Журналисты приглашались в номер на 12 часов в день — с 9 утра до 9 вечера — в течение которых молодожены, облаченные в одинаковые светлые пижамы, с распущенными волосами и очень похожие друг на друга, отвечали на вопросы и рассуждали о мире и справедливости.

«Мы подумали, что противоположная сторона говорит о войне каждый день по телевизору, и не только в новостях, но и в старых фильмах с Джоном Уэйном, и вообще в каждом фильме: война, война, война, война, война, убивай, убивай, убивай, убивай. А мы решили: «А давай у нас будет мир, мир, мир, мир в заголовках — ради разнообразия», — рассказывал Леннон.

«Мы решили, что это будет забавно. Многие заголовки мировых новостей 25 марта 1969 года будут: «Молодожены в постели». Эге-гей! Вот это шикарные новости! Так что мы будем продавать НАШ товар, который мы называем «мир». А чтобы его продать, нужен некий трюк, приманка, и приманкой стала постель. И постель мы выдумали, потому что это самый легкий способ это сделать, потому что мы лентяи», — так объяснял Леннон происходившее в те дни в номере 902 амстердамского «Хилтона».

Макнаб в своей новой книге о последних днях «Битлз» (которые совпали с началом семейной жизни Джона с Йоко Оно) так объясняет весь этот хэппенинг: «Он к тому моменту уже понял, что когда СМИ подхватывают какую-то идею, то они ее упрощают и раздувают. Поэтому они с Йоко пришли к выводу, что посыл должен быть несложным, но не избитым и задиристым».

Молодым это так понравилось, что они повторили свой лежачий протест 26 мая в канадском Монреале, пригласив туда помимо журналистов еще и всяких знаменитостей.

Как мы знаем, мир не стал более мирным и по большому счету ничего не изменилось.

Культурологи и журналисты потом еще долго гадали, что это все-таки было — политический хэппенинг, арт-перфоманс или самораскрутка?

«Это был просто медовый месяц, — полагает историк архитектуры Беатрис Коломина, воссоздававшая лежачий протест Джона и Йоко на венецианской Биеннале и в лондонской галерее «Серпентайн». — Все дело было в том, чтобы создать этот волнующее ощущение, что что-то должно случиться».

Многие с самого начала несколько растерялись от бросавшегося в глаза несоответствия между привилегированным положением «мистера и миссис Мир» и их лозунгами о равенстве.

Два года назад британский журналист Рик Уилсон вспоминал на страницах Guardian о том, как его, молодого тогда репортера, послали освещать это событие.

«Честно говоря, я не понимал тогда и не понимаю теперь, о чем был весь этот легендарный bed-in, — пишет он. — Вроде речь шла о том, чтобы пропагандировать мир во всем мире, но были также разговоры о том, что нужно помогать всем обездоленным, что как-то не состыковывалось с приездом Джона и Йоко на белом роллс-ройсе и их недельным пребыванием в цитадели американского капитализма — отеле «Хилтон», — писал Уилсон.

Упомянутый «Хилтон» на этой неделе проводит у себя в фойе фотовыставку, посвященную этому событию.

Бывший президентский номер-люкс теперь позиционируется теперь как «номер-люкс Джона и Йоко»; он украшен меморабилией и стоит 2400 долларов за ночь.

А есть и те, кто полагают, что главным достижением этих возлежаний стала песня Леннона Give Peace a Chance («Дай миру шанс»), которая была записана как раз в монреальской гостинице, а впоследствии исполненная певцом-активистом Питом Сигером в ноябре 1969 года во время марша протеста с требованием окончания войны во Вьетнаме.

В 2012 году Йоко Оно выложила в YouTube снятый в дни их лежачего протеста в Монреале 70-минутный фильм, предпослав ему следующие слова: «Дорогие друзья, в 1969 году мы с Джоном были настолько наивны, что думали, что наш протест в постели может изменить мир. Или мог бы. Но в то время мы просто не знали. Но хорошо, что мы засняли все это. Сегодня этот фильм производит впечатление. То, что мы говорили тогда, может быть сказано и теперь. На самом деле, есть вещи, о которых мы тогда говорили, которые могли бы послужить вдохновением и подстегнуть сегодняшних активистов. Удачи нам всем! Давайте не забывать, что ВОЙНА ОКОНЧЕНА, если мы этого хотим. Это от нас зависит, ни от кого другого. Джон бы наверняка именно так и сказал».

Так что теперь у каждого есть возможность сделать свои собственные выводы о том, что это было.

По сообщению сайта BBC Russian

Поделитесь новостью с друзьями