Честное татарское

Дата: 05 декабря 2018 в 20:29

По сообщению сайта Общественно-политическая газета "Время"

О чем баянист из Семея попросил президента Рустама МИННИХАНОВА при личной встрече

     В сложные 90-е Габдулхак АХУНЖАНОВ (на снимке) создал в Семее татарскую школу искусств, и до сих пор она остается единственным учебным заведением подобного профиля не только в Казахстане, но и вообще за пределами Республики Татарстан.

— Я с детьми душой отдыхаю! — улыбается Габдулхак Габдулович, профессиональный баянист. — Но поначалу не все просто. Маленьким детям хочется играть. А тут — сольфеджио! Я их хорошо понимаю. Подшучиваю: «Ты не хочешь заниматься. Но ты даже не представляешь, как можно не хотеть!» Вот я по-настоящему не хотел! Я жертва маминых желаний! Под мамины уговоры: мол, давай еще годик, окончил детскую музыкальную школу. Потом так же получил диплом музыкального училища. Когда стал преподавать в детской музыкальной школе, опять же порывался все бросить. Но мама завела старую песню: «Ну доработай до конца учебного года». И знаете что? Втянулся! Спасибо маме, что направила меня на правильный путь. Мой путь…

По словам Габдулхака Ахунжанова, если бы не его мама, Марьям-ханум, возможно, не было бы и татарской школы искусств.
— В 1988 году мне предложили создать татарский фольклорно-этнографический ансамбль «Исталек». Я замахал руками: «Как вы себе это представляете? У меня же русское образование! Я не справлюсь!» А у мамы сразу глаза загорелись: «Ты иди! Хоть бесплатно! А я помогу».
Отбросив все страхи, Габдулхак возглавил татарский ансамбль. А Марьям-ханум стала одной из трех его солисток. Поначалу на занятия в «Исталек» ходили всего пять человек. Но прошло всего ничего — и уже 48 артистов самодеятельности поехали на фестиваль в Казань! Именно после той поездки Габдулхак Ахунжанов загорелся идеей создать для детей татарскую школу искусств. От него отмахивались: страна рушится, а этот чудак пытается повесить на шею государства такой груз!
Но неугомонный музыкант все-таки добился своего. В 1992 году на базе детской музыкальной школы № 1, где в то время Ахунжанов работал завучем, открылась татарская хоровая школа. А в декабре 1997-го
при содействии президента Казахстана Нурсултана НАЗАРБАЕВА и первого президента Республики Татарстан Минтимера ШАЙМИЕВА в Семее появилось самостоятельное учреждение — татарская школа искусств. С самого начала ее символом стал ученик Габдулхака Ахунжанова Диаз МУСАЛИМОВ (см. «Судьба вундеркинда», «Время» от 19.1.2017 г.).

— Мы поехали на международный детский конкурс в Ялту, а Диаз — малыш совсем, — вспоминает Габдулхак Габдулович. — Погода была прохладная, а он в море искупался. Да еще пил ледяную газировку. Нам выходить на сцену, а у Диаза голоса нет. Шипит как гусак. «Ну все, — говорю, — пролетел ты как фанера над Парижем! Последняя надежда на него. Проси у него прощения». И показываю в небо. У Диаза — глазенки круглые. Протягивает удивленно: «У Бога?» А я: «Да, есть там, кто за нами наблюдает». Смотрю, шепчет: «Прости меня, пожалуйста, за то, что купался в холодной воде и пил холодную кока-колу. Я больше не буду! Дай мне голос хотя бы на три минуты». А дальше произошло чудо — к Диазу вернулся голос ровно на три минуты, пока он пел на сцене. Только зашел за кулисы — снова зашипел.
Тогда Диаз завоевал первое место. С тех пор самородок из Семипалатинска вызывал настоящий фурор, где бы ни выступал: США, Франция, Италия, Австрия, Словакия, Финляндия, Швеция, Китай, Россия, Украина… И везде Диаз брал Гран-при или первые места. Сейчас ему 26 лет. Он учится и работает в Нью-Йорке. Но когда ему удается выбраться в родной город, он прежде всего спешит увидеть своего первого наставника — Габдулхака Ахунжанова.
С самого начала татарская школа искусств поражала своей многонациональностью. Наряду с татарами здесь учатся петь, танцевать и играть на семи музыкальных инструментах казахи, русские, немцы, армяне, украинцы.
— Помню, как бабушка привела маленькую девочку. Волосики беленькие, глазки голубые. Зовут Варвара СЕМЕНОВА. Я еще удивился: почему татарская школа, а не русский фольклор? — улыбается Габдулхак Габдулович. — А потом она так запела татарские народные песни, что диву дался! Не случайно Варя стала единственным ребенком, который пел на праздновании 1000-летия Казани в столице Татарстана в 2005 году.
Габдулхак Ахунжанов со смехом вспоминает, как другой талантливый ученик, Ернур ТОКТАРГАЗИН, научил его на казахском разговаривать.
— Приехал Ернур из Аксаута. На русском языке не может сказать и двух слов. Я ему говорю, с трудом подбирая слова на его родном языке: «Ты не знаешь русского языка, я не знаю казахского. Давай так: я буду задавать вопросы на русском, а ты отвечать на казахском». Так Ернур выучил русский, а я — казахский! Будучи уже выпускником нашей школы, Ернур принял участие в конкурсе в Кызылорде и занял первое место. После этого его без экзаменов приняли в консерваторию. Но у него уже тогда было двое детей. Пришлось бросить. Сейчас Ернур работает в районном Доме культуры. Но он ни о чем не жалеет. Говорит: «Для меня главное — петь!»
За двадцать с лишним лет число учеников татарской школы искусств выросло до 200 человек. В доме татарского купца 1898 года постройки, где девять классов переоборудованы из жилых комнат и кладовок, им, конечно, тесно. Габдулхак Габдулович говорит, что власти пообещали новое здание. Вот только цена за него — потеря самостоятельности.
— Сейчас по всей стране идет оптимизация. Вот и нас задумали объединить с балетной школой и переселить из центра города в новый микрорайон «Карагайлы» на окраине. Я сразу сказал, что если это сделать, то город лишится и татарской школы искусств, и балета, — хмурится Габдулхак Габдулович.
— Казалось, все уже решено, и тут сама судьба дает шанс. Этим летом Всемирный конгресс татар попросил нас принять участие в приеме президента Татарстана на сабантуе в Барнауле. Мол, там татарская диаспора слабая. Помогите! Вы же можете. Можем. Показали все, на что способны, — и юрты у нас были роскошные, с полным убранством, и богатое угощение, и артистов два автобуса — от малышей до бабушек. Не успел приехать домой, как звонок от президента Татарстана Рустама Минниханова. Благодарит за всю красоту, что мы показали в Барнауле. Я ему ответное спасибо за теп­лые слова. И тут набрался смелости, говорю: «Вы можете мне уделить десять минут вашего времени?» Он насторожился: «О чем пойдет речь?» А я: «О судьбе татарской школы искусств…»
После личной встречи Габдулхака Ахунжанова с президентом Татарстана в Казани разговоры об оптимизации заглохли сами собой… Музыкант рассказывает, что попросил президента Татарстана купить здание для расширения школы, и Казань дала добро. А пока, предвкушая новоселье, Габдулхак Габдулович занимается с малышами в тесной комнатке купеческого дома и неутомимо ищет особый подход к каждому ребенку.
— Привели девочку. Ошибется — слезами заливается. Однажды я не выдержал, спрашиваю ее: «Раида, что такое ошибка? Она мне: «Ошибка, когда ты сделал что-то неверно». А я ей: «Ошибка — первый шаг к успеху. Не ты бойся ошибки, пусть она тебя боится. Ты же ее исправишь!» Больше Раида не плакала. Столько песен перепела, никто столько не спел…

Из нашего досье

Габдулхак Ахунжанов — заслуженный работник культуры и заслуженный деятель искусств Республики Татарстан. Баянист, певец, композитор, поэт-песенник. Соз­датель четырех татарских народных ансамблей. Учредитель и организатор международного фестиваля татарского искусства «Көзге Иртыш моңнары», который ежегодно проходит в Семее с 2000 года. Председатель прииртышского союза татар и башкир «Хак».

Милана ГУЗЕЕВА, фото автора, Семей