«Это мог быть вторичный источник заражения»: один из создателей «Новичка» — об отравлении в Эймсбери

Дата: 06 июля 2018 в 00:27

По сообщению сайта BBC Russian

Британская полиция совместно с сотрудниками подразделения по борьбе с терроризмом расследует отравление «Новичком» двух жителей Эймсбери.

Этот небольшой город находится рядом с Солсбери, где 4 марта были отравлены бывший сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь.

Известно, что пострадавшие — Чарли Роули и Дон Стерджесс — накануне ездили в Солсбери. Одна из версий следствия заключается в том, что остатки вещества, использовавшегося для отравления Скрипалей, попали на какие-то предметы, с которыми потом столкнулись Роули и Стерджесс.

Возможно ли, что Роули и Стерджесс отравились остатками «Новичка», примененного против Скрипалей? Некоторые эксперты заявили, что это вряд ли возможно.

Однако российский ученый Владимир Углев, занимавшийся в свое время разработкой «Новичка», с этим не согласен. Он рассказал корреспонденту Би-би-си Елизавете Веревкиной, что после распыления на местности это вещество способно представлять опасность многие месяцы, если не годы.

Би-би-си: Насколько, по вашему мнению, правы специалисты, утверждающие, что остатки «Новичка» не могли сохраниться с марта и представлять опасность, что это наверняка новая атака?

Владимир Углев: Как показали даже мои английские коллеги, это вещество крайне стабильно и не подвергается на местности гидролизу. Это мог быть какой-то источник вторичного загрязнения — где-то на лавочке, где-то еще.

А может быть, и другой вариант. Человеку, которого посылают на такое дело, скорее всего, делают несколько закладок различного типа, а он уже на месте выбирает, какой ему воспользоваться — каким методом, откуда лучше взять.

Поэтому, возможно, он воспользовался одной, а там было сделано две, три или четыре закладки. Возможно, этим людям просто не повезло, они напоролись на одну из них.

Би-би-си:А почему эти закладки не обнаружили, когда проводили дезактивацию местности?

В.У.: А как вы их определите? Это же не радиоактивный источник. Представьте себе, я оставил шприц или ампулу на лавочке или под лавочкой. Она же не излучает, она лежит себе спокойно.

Би-би-си:А есть какие-то методы обнаружения этого вещества?

В.У.: Нет. В боевых условиях при распылении могут быть использованы специальные газоанализаторы. Но они определяют только большие количества. В случае таких мизерных количеств нужно делать смывы каждого маленького участка и потом анализировать их.

Проверяли же те места, где были Скрипали. А не те места, где был человек, который делал закладки.

Би-би-си: А может это быть тот же, скажем, шприц, который он использовал, чтобы намазать ручку двери?

В.У.: Ну, он же наверняка его скинул где-нибудь. Не потащит же он с собой этот использованный предмет. Там наверняка остатки какие-то были. Он мог его выбросить в болото, под лавочку, в урну — куда угодно.

Скорее всего, полицейские не дураки и проверили маршрут Скрипалей и маршрут — по крайней мере предположительный — этого человека, которого они подозревают.

Но проблема в том, что разведка так не работает. Тот человек, который осуществляет этот акт, он ничего с собой не везет. Он приезжает на место и там уже знает, где и что у него лежит.

Би-би-си: Откуда вы знаете, как работает разведка?

В.У.: Я смотрю все-таки фильмы, да и у самого голова на плечах. Да и занимался я этим много лет.

Би-би-си: Чем вы занимались?

В.У.: Тем, чем Скрипаля отравили. Боевым применением. Но это не значит, что я окажусь прав. Я могу только предполагать. Могло быть все что угодно. Оно могло быть пролито. Скрипаль мог испачканную руку вытереть о лавочку, и на деревяшке это осталось. Конечно, маловероятно, что от такого количества может это произойти повторно. Но тем не менее исключать нельзя.

Оно испаряется, но на это нужно время. Это сложно спрогнозировать. Может быть, на это потребуется несколько часов, а может быть, несколько месяцев, а может быть, даже и лет.

Все зависит от того, на какое вещество оно попало. Вот если бы эту ручку от двери Скрипалей не обработали и положили ли бы куда-нибудь в музей под стекло, то она может там лежать сто лет. И через сто лет вы найдете на ней следы.

Би-би-си: И это вещество будет таким же опасным?

В.У.: Оно останется таким же, каким оно было. Как было А-234, так и будет А-234. Оно не разлагается. Если его обработать дегазатором или на крайний случай кислотой, хотя бы уксусной, то постепенно произойдет его кислотный гидролиз. Водой его можно смыть, но не полностью, что-то останется.

Поэтому, когда у нас были аварии, деревянные части мы сжигали. Даже стекло уничтожали. Там же есть микротрещины, как и в стали. И за счет эффекта поверхностного натяжения вещество туда впитывается, втягивается.

Поэтому оно может храниться на поверхности той же лавочки много-много дней и много месяцев, и ничего ему не будет. Большая часть, конечно, испарится, какая-то часть впитается. Но этот материал, деревяшка, будет являться вторичным источником заражения.